Драко Малфой сиял от счастья, до сих пор радуясь казни гиппогрифа. А Гриффиндорцев возмущало то, что Люпина посадили в тюрьму.
После завтрака в школу прибыл Министр магии и многие, я в том числе, стали свидетелями общения Снейпа с Фаджем, которое состоялось прямо в Большом зале.
- Потрясающе! – говорил Фадж. – Просто невероятно... Просто чудо, что никто не погиб... Ни о чем подобном не слышал... Какое счастье, что вы там оказались, мистер Снейп...
- Благодарю вас, министр, – ответил зельевар.
- Орден Мерлина второй степени, это я вам обещаю, – произнёс Министр. – Первой степени, если сумею пробить.
- Огромное вам спасибо, министр, – поблагодарил сияющий от счастья Снейп.
- Как вам это удалось? – спросил Фадж.
- Мне помог один сознательный студент, который обнаружил оборотня и тут же примчался сообщить об этом, – завуалированно ответил зельевар.
Вскоре примчался Дамблдор, который имел недовольный и слегка помятый вид, явно очень спешил, чтобы успеть.
- Добрый день, Корнелиус, Северус, – произнёс Дамблдор.
- Альбус, – протянул Фадж, – как же вы так могли поступить? Целый год держать на должности преподавателя оборотня...
- Ну что вы, Корнелиус, разве можно? – улыбаясь в бороду, вопросил Дамблдор. – Я бы ни за что не принял преподавателя, если бы знал, что он опасен для учеников. Для меня это стало большим сюрпризом.
- Альбус, – произнёс Фадж, – следующий раз будьте внимательней, нанимая преподавателей...
О моём залёте Снейп благополучно забыл. Конечно, не в прямом смысле этого слова, но он был сегодня настолько счастлив, что, пожалуй, простил бы и более серьёзный косяк, чем попытка незаконно выбраться в Хогсмит.
Я так понял, что раньше у Снейпа из-за Люпина были серьёзные неприятности и зельевар был рад отомстить старому недругу. Честно говоря, Люпин мне никогда не нравился, и его безответственное поведение, подвергшее опасности мою жизнь, заслуживает тюремного срока в Азкабане. Возможно, будь на моём месте кто-то другой, то не был бы столь категоричен, но понимание того, что вот этот человек может в любой момент превратится в опасную хищную тварь и кинуться на тебя с целью растерзать, никак не прибавляет всепрощения. Даже заряженный автомат не даёт стопроцентной гарантии на выживание, а его использование при свидетелях способно было подвести меня под исключение из школы.
***
В прошлые годы всем студентам вне зависимости от времени сдачи экзаменов приходилось ждать Хогвартс-экспресса, это примерно конец третьей недели июня. В этом году ничего не изменилось, так что нам пришлось куковать в Хогвартсе ещё пару недель. Я в это время старался вести себя максимально тихо, не высовывался, усиленно занимался изучением рун и ритуальной магии, тренировался в отработке заклинаний и в анимагии.
В последний день сдачи экзаменов у семикурсников был нереальный бум по продаже алкогольной продукции, народ устраивал отвальную вечеринку и лишь нынешние выпускники Райвенкло поскупились и купили в Хогсмите дешёвого вина. Но потом, во время празднования, некрасивые девушки скинулись и купили у меня для пацанов лучшего самогона...
В последний день семестра, несмотря на то, что и так всё и всем было известно, были объявлены результаты экзаменов. Надо было видеть, как опухшие после пьянки студенты, больше похожие на китайцев, стягиваются к стенду с оценками и, щурясь, пытаются найти свою фамилию. Глядя на некоторых студентов, складывалось ощущение, будто девочка с колокольчиком, что катается на плечах выпускников в советских школах, перебралась им с плеч прямиком в головы. Видимо не у всех хватило денег на антипохмельное зелье, или что вернее, после выпуска хороших студентов-зельеваров, наступил дефицит этого и других зелий.
Я не выдержал этого зрелища, встал возле стенда в пафосную позу, положив руки в подобие позы Ленина, когда он цеплялся большими пальцами за жилетку, только я использовал мантию. Оглядел студентов и решил задвинуть речь.
- Дорогие выпускники школы магии и волшебства. Вскоре вы покинете стены это чудесного замка, в котором провели долгие семь лет.
Народ перестал возиться и обратил на меня пристальное внимание. Школьники притихли, и стали с интересом слушать речь.
- Добро пожаловать во взрослую жизнь, волшебники и колдуньи! Теперь вас ожидает финансовый кризис, третья мировая война и похмелье по субботам!
По залу раздались смешки и стоны, последние раздавались от тех, кто как раз испытывал похмелье.
- Я слышал, что на Гриффиндоре две семикурсницы не поделили парня. Что-то плоховато у них с делением, вот на Райвенкло таких проблем у девушек нет...
Народ громко заржал.
- Все мы помним и скорбим о наказании попавшихся профессору Макгонагалл двух бесстрашных Пуффендуйцев, куривших под лестницей. Хорошо, что они успели одеться...
Народ вновь засмеялся.
Тут раздалось многозначительное покашливание. Толпа расступилась и мне предстала картина в виде суровой Макгонагалл, которая прожигала меня уничижительным взглядом.
- Прекратите балаган, мистер Адамс, – суровым тоном заявила профессор. – Вам повезло, что занятия уже закончились, иначе вам бы не миновать отработки у Филча.
- Таки уже ухожу-ухожу-ухожу!
Я, поняв руки вверх, попятился назад мимо стенда, вызвав очередную волну смеха студентов. Глядя на похмельные лица хватающихся за головы старших ребят, у которых явно головы болели ещё сильнее от их же громкого смеха, я порадовался неким садистским счастьем, что болит не у меня.
Все две недели до окончания семестра поведение Снейпа пугало школьников, ведь он весь светился от счастья.
В день отъезда из школы в Ежедневном Пророке была статья о самоотверженном обезвреживании профессором зельеварения другого профессора, который оказался оборотнем. За это Министерство магии наградило Снейпа Орденом Мерлина второй степени. Там же было упомянуто, что Люпина посадили на год в Азкабан, и то потому, что за него ходатайствовал Дамблдор, а так хотели впаять по полной катушке. В общем, оборотень на своей шкуре узнает, каково было его другу сидеть за несовершенное преступление.
Победа в ежегодном соревновании досталась Слизерину, но в основном из-за того, что они победили в соревновании по Квиддичу. Как по мне, то включать в факультетские баллы ещё и спортивные достижения – крайне глупо, но это же Англия, более того – магическая Англия, тут с логикой всё плохо.
Когда я прибыл на вокзал Кинг Кросс, то с радостью окунулся в мир обычных людей. Машины, электричество, выхлопные газы, толпы непонятно куда спешащих людей... Какая прелесть!
Выискивая взглядом кого-то из родителей, я их не замечал, вокруг все люди были высокие, поэтому разглядеть встречающих оказалось проблематично.
- Эй, – громко выкрикнул я, – карлик тут! Адамсы, встречающие карлика, если вы всё же пришли за сыном, то посмотрите вниз!
Вдруг одна полная дамочка, одетая в дорогие чопорные одежды, остановилась, укоризненно посмотрела на меня.
- Молодой человек, – обиженно-возмущённым тоном произнесла она, – это весьма оскорбительно, говорить слово «карлик»!
- Конечно, мадам, – отвечаю ей спокойным тоном, – у вас, наверное, есть родственники низкого роста?
- Нет, – сказала она после секундного раздумья.
- В таком случае, ваши дети – маленькие люди?
- Нет, – вновь ответила дама.
Я на мгновение замер, переваривая разговор и сильно разозлился. Нервное напряжение, которое копилось на протяжении года, получило выход и меня прорвало, как бракованную плотину.
- Тогда... Какого хрена тебя это имеет?! – громко закричал я, от злости подпрыгнув на месте. – Какое вообще твое дело? Это тебя совершенно не касается! Это не влияет на твою семью, на твою жизнь... Я понял бы, если каждый раз, когда я говорю «карлик», то это было бы чем-то сродни призыва к оружию для всех маленьких людей, чтобы восстать и дать отпор высоким протестантам... И когда вы приходите домой, то там карлики залетают к вам в окна, делают кувырки через плечо, жонглируют фамильным фарфором и пинают ваших щенят!