До Рождества осталось совсем немного времени, а во мне боролись желания посетить Лондон и заработать больше денег. Нет ничего удивительного в том, что второе желание оказалось сильнее. Ну что я не видел в этом Лондоне?
Пришлось связываться с мамой, сообщая о том, что не приеду на каникулы. Раньше родители каждый раз, как возвращался из Хогвартса, ругались, что не пишу писем, но с появлением у мамы Сквозного зеркала, мне часто приходится отвечать на её «звонки».
Сквозное зеркало — такое же зло, как и сотовый телефон. Если бы этим зеркалам ещё сделали функцию связи с любым абонентом, обладающим аналогичным устройством, то сходство было бы почти стопроцентным. Почти потому что в телефонах будущего функция связи лишь одна из множества возможностей. Большую часть времени смартфоны используют для доступа в интернет, как фотоаппарат, как аудио плеер, и реже по основному назначению. Хорошо хоть, что мама звонила лишь по воскресеньям в определённое время, поскольку я объяснил ей о строгости местных порядков. Это в обычной школе если бы ученику во время урока позвонили на сотовый, его бы просто отругали и попросили отключить аппарат, тут же сразу назначат отработку.
После ужина я собирался идти в мастерскую, как меня одёрнул за мантию Джастин.
— Гарри, декан Спраут сказала всем собраться в гостиной, — сказал он.
— Зачем?
— Какое-то объявление хочет сделать, — ответил Джастин. — Ты чего в своей «алхимической» лаборатории постоянно пропадаешь? Я засыпаю, тебя ещё нет, просыпаюсь, тебя уже нет.
— Деньги, Джастин… Деньги! Они сами себя не заработают. Каждый час проведённой в лаборатории, это плюс энное количество кружек.
— Так ты что, сам их делаешь?! — удивлённо воскликнул Финч-Флетчли.
— Да, конечно. А ты что думал?
— Я думал, ты их заказываешь у каких-то волшебников, а потом перепродаёшь, — пояснил Джастин. — Но как?
— Бутылка из под сливочного пива плюс постоянная трансфигурация. Затрат ноль пенни, прибыль пять галеонов.
— Ничего себе, прибыльность! — уважительно произнёс Джастин.
Когда почти все студенты Пуфендуя собрались в гостиной нашего факультета, декан Спраут подняла вверх руку, требуя тишины.
— Мои хорошие, — сказала профессор гербологии в наступившей тишине, — директор попросил деканов напомнить ученикам своих факультетов о том, что приближается Святочный бал, который является традиционной частью Турнира Трёх Волшебников. На балу мы должны завязать с нашими гостями дружеские и культурные связи.
Дама сделала паузу, а у меня само с языка сорвалось:
— Я бы завязал связи с Француженками, сразу с двумя или тремя. Но они же уехали обратно в Шармбратон, осталась лишь Делакур.
По гостиной раздались смешки студентов.
— Мой хороший, — сказала декан, — француженки приедут на бал, как и студенты Дурмстранга, которые приезжали в Хогвартс ранее. Но не стоит на балу заводить такие связи, за которые можно получить взыскание.
Новая волна смешков прокатилась среди студентов.
— Слушайте внимательно, поскольку повторять не буду, — продолжила говорить мадам Спраут, — все должны быть облачены в парадные одежды, у каждого должна быть пара, все должны быть вежливы и тактичны друг с другом, ведь цель Святочного Бала — налаживание дружеских и культурных связей между волшебниками разных стран. На бал идут лишь старшекурсники, начиная с четвертого курса, но… Можно пригласить бального партнера и с младших курсов…
— А это вообще законно?
По помещению прокатилась новая волна смешков, а на меня насмешливо с лёгким осуждением посмотрела декан.
— Для отдельных личностей сразу говорю, — взгляд Спраут был устремлён на меня, как и взгляды почти всех студентов, — никакой торговли на балу! Запрещённые предметы проносить на бал нельзя. А также нельзя устраивать драк и обманом заставлять чемпионов сниматься для эротических колдофото. Вообще, прошу всех вести себя предельно корректно.
— Что, совсем никакой торговли? Даже если малюсенькие сувенирчики продавать?
— Совсем никакой! — припечатала Спраут. — Зная вас, Адамс, малюсенький сувенирчик окажется размером с дракона и в оптовых количествах.