Следующим днём я спокойно шёл от портальной площадки в сторону учебного корпуса, на лице застыла счастливая улыбка, словно у кота, попавшего в сметанный цех. Но счастье долго не продлилось. На пути резко возникла Элизабет, и вид у неё был жутко злой. Она ухватила меня за грудки и подняла в воздух на уровень своей головы, можно сказать, что у меня под ногами разверзлась пропасть.
— ТЫ! — зло воскликнула она. — Как ты мог?!
У меня в мозгу словно щёлкнул переключатель и язык понёс стандартную пургу, которую я обычно говорил в подобных ситуациях в Хогвартсе.
— Мисс, не понимаю ваших претензий. Таки шо я вам сделал? Деньги за товар не возвращаю, у меня всё качественно и если сломалось, это таки ваша проблема. Будьте любезны вернуть меня обратно на землю.
Элизабет меня поставила обратно на дорожку и нависла сверху с угрожающим видом.
— Что за ерунду ты несёшь? — спросила она.
— Извини, рефлекс. Меня так несколько раз пытались развести, когда кружки разбивали или что хуже, когда роняли бутылку с виски. На самом деле, Элизабет, ты чего такая злая?
— Мне Верити всё рассказала! — воскликнула Элизабет, нервно откидывая волосы назад. — Старый извращенец, как ты мог?!
— А-а-а! Ты что, ревнуешь?
— Я ревную? Я РЕВНУЮ?! — возмутилась Элизабет. — Нет, я не ревную. Ты, старый извращенец, соблазнил девочку! Ей всего семнадцать лет.
— Ей уже семнадцать лет! И вообще, не понимаю твоих претензий, мы с тобой не женаты и даже не любовники, а с Верити всё было по обоюдному согласию.
— Ты опоил её! — воскликнула Элизабет. — Признайся, ты, старый козёл, напоил бедную девочку любовным зельем?
— Ну, ты скажешь. Я до такого недотраха ещё не дожил, чтобы поить девушек любовными зельями. Это, знаешь ли, прозвучало обидно. Я молодой обходительный волшебник и не нуждаюсь в подобных уловках.
— Да ну? — недоверчиво вопросила Элизабет. — Что-то не верится. Как Верити могла повестись на тебя без зелий?
— Намекаешь на мой рост? Это глупо и обидно. Всё прошло легко и очень приятно. Прогулка на мотоцикле по берегу океана, ужин в хорошем ресторане с приятной беседой, цветы и дорогой артефакт в подарок. Не считай подругу глупой, она сама может решать с кем и когда спать.
— Что тут происходит? — раздался сбоку удивлённый голос Верити. — Элизабет?
— Просто общаемся с Гарри, — чуть ли не прошипела Элизабет.
— Привет, Верити. — Поворачиваюсь к девушке и подмигиваю ей. — Отлично выглядишь.
Девушка и правда выглядела неплохо, она вся светилась от счастья и смотрела на меня со смущением и радостью.
— Привет, Гарри, — ответила Верити. — Вы тут не дрались?
— Ты видишь тут воронки от взрывов?
— Нет. — Верити покачала головой в стороны.
— Если бы мы дрались, то они были бы. Просто обсудили кое-что и пришли к мнению, что я, по мнению Элизабет, не являюсь эталоном красоты.
— Я так не думаю, — тихо, почти себе под нос, смущённо произнесла Верити.
— Верити, — сказала подруге Элизабет, — пошли в лабораторию, надо тебя проверить на зелья!
Элизабет схватила Верити за руку и потащила её за собой в лабораторию. Я с насмешкой наблюдал за этим.
После занятий ко мне подошла Элизабет, она выглядела смущённой.
— Гарри, — начала она, — я должна перед тобой извиниться. Я проверила Верити на зелья и ничего не обнаружила. А когда мы с ней поговорили, то стало понятно, что она в самом деле была счастлива.
— Окей. Не вижу проблем.
— Но это не исключает того факта, что я считаю тебя старым извращенцем! — припечатала девушка.
— Опять же, не вижу проблемы. После того, как последние годы жизни я использовал член только для того, чтобы справить нужду, а потом ещё более десяти лет снова так же, ты не представляешь, насколько я счастлив использовать его не только для этого. Пока мы молоды и живём среди молодёжи, надо этим пользоваться, потом уже будет поздно.
— О, Боже! Как я раньше не замечала, что ты карликовый извращенец? — произнесла Элизабет.
— Любой мужчина, что бы о нём ни думали, извращенец. Каким бы извращённым ты не считала знакомого мужчину, можешь смело возводить это в степень. Но обычный мужчина извращенец ровно настолько, насколько позволяет закон и женщины, с которыми он спит. Мы, мужчины, хотим творить безумную херню.
Элизабет тяжело вздохнула, но с интересом прислушалась, даже кивнула мне головой, словно говоря: «Я слушаю, продолжай».
— Но знаешь, я бы не стал беспокоиться о парне, который не скрывает своих пристрастий и может их спокойно обсуждать в узком кругу знакомых. Если тебе кто-то скажет: «Ну да, мне нравятся сочные молодые девушки, с которыми уже по закону можно. А ещё толстушки, немного бондажа и поиграть в переодевания». То можешь не сомневаться, это нормальный мужчина, с ним можно быть спокойной. Но есть те, кто пугает меня до жути — это те мужики, которые с каменным лицом говорят: «Мне не нравится ничего необычного, что касается вещей сексуального характера»… У этого мужика стопроцентно есть и фургон, и подвал, ему точно нельзя доверять.