— Но как же просветление и тому подобное? — спросила Хоук.
— Просветление вполне логичная штука. Сама посуди, какая разница между нами и, например, троллями? Троллей как ни учи, выше определённой планки они не поймут, их даже научить танцевать почти невозможно. Так и у людей есть пределы, выше которых они не способны выйти. Но стоит нам научиться оперировать вместо семи понятий целыми восемью, и многие вещи для нас станут совершенно иными, они станут проще в понимании — это всё равно, что в голову тролля запихнуть разум взрослого человека, разница между соплеменниками станет несоизмерима, он будет считаться у них пипец каким просветлённым и всезнающим.
Учёба пролетела незаметно. Поскольку после уроков решено было наведаться в винодельни, а делать это вдвоём не так интересно, как в большой компании, то были приглашены Джастин, Гарт и Верити. Этой толпой мы аппарировали в магический квартал Сиднея, на выходе из которого поймали два такси и поехали в долину виноделия Хантер, известное туристическое место, являющееся Меккой австралийцев, поскольку местные обожают вино.
На въезде в долину я оплатил экскурсию на группу из пяти человек. К нам вышел экскурсовод, высокий светловолосый сорокалетний мужчина обычного телосложения. Он был одет в синюю рубашку с длинными рукавами и черные брюки. Осмотрев нас, мужчина удивлённо вскинул брови, и я его понимаю. Глядя на группу ребят, одетых в школьную форму, в последнюю очередь думаешь о том, чтобы отвести их дегустировать вино.
— Здравствуйте. Я Роберт Валтон, ваш экскурсовод, — произнёс он. — Ребята, а вам есть восемнадцать лет?
— Есть, всем есть, — хищно улыбнувшись, ответила за всех Элизабет. — И вот этому мелкому тоже есть! — Она показала на меня.
— Извините, но я должен проверить ваши документы, — сказал Валтон.
Каждый из нас продемонстрировал свои документы и, лишь убедившись, что мы все совершеннолетние, гид заулыбался и слегка расслабился.
— Ну что, ребята, с чего начнём? — спросил он.
— Вначале надо нажраться, в смысле, надегустироваться вина, а потом всё остальное.
— И пожрать! — громогласно добавил Гарт.
Фраза Кинга вызвала всеобщий смех. Гид улыбнулся.
— Понятно, — сказал мужчина. — В таком случае, я знаю, что вам понравится. Есть тут один погребок с домашней кухней. Пройдёмте в машину.
Мы погрузились в микроавтобус, за руль которого сел Валтон, и поехали. За окном с обеих сторон были восхитительные виды зелёных виноградников, уходящих к горизонту.
— Долина Хантер является старейшим винодельческим регионом Австралии, — начал громко и чётко рассказывать мистер Валтон. — Она также известна своими прекрасными ресторанами, кулинарными школами, галереями, оздоровительными спа-комплексами и площадками для игры в гольф. Здесь можно отведать и приобрести местные сорта сыра, шоколад ручной работы, мясные закуски, молочные продукты, хлеб на закваске и оливковое масло напрямую от производителей, посетить мастер-класс по дегустации вина или попробовать различные сорта вин из широкого выбора более 150 винных погребов.
— Всё такое вкусное, — прокомментировал Гарт. — Хочу всё попробовать!
— Первый виноград в Долине Хантер фермерские семьи начали выращивать в 1820-е годы, — продолжил Валтон, — тем самым сделав Долину Хантер старейшим винодельческим регионом в Австралии.
Машина мчалась довольно шустро, за окном через каждый километр мелькали винные бутики, возле которых стояли автобусы и микроавтобусы и толпились туристы.
— Как вы видите, в ближайших винокурнях толпы туристов, — прокомментировал Валтон, когда мы проезжали мимо второго строения. — Поэтому я вас везу в дальнюю винодельню, куда мало кто доезжает. Здесь в долине производят красное и белое вино разных сортов.
— А раз там мало людей, не значит ли, что будет хуже вино? — спросила Верити.
— Во всех винодельнях вино имеет почти одинаковый вкус, поскольку производится из одного и того же винограда, так что не думайте, что раз будет мало народа, то будет невкусное вино. Здешнее вино идет почти всё для местного употребления. Экспортируется несколько сортов вин только в два ресторана в Нью-Йорке. В отличие от европейских, а точнее французских вин у нас все бутылки закупориваются металлической пробкой. Мы, австралийцы, доказали, что пробковое дерево может изменять вкус вина, в то время как нержавеющая сталь никак не изменяет свойств напитка. Этот спор длится на протяжении уже многих лет, французы так и считают, что пробка лучший закупоривающий материал… Глупцы! Учёных надо слушать, которые всё подтверждают экспериментальным путём, а не голословно говорить, мол, пробка — идеальный закупоривающий материал для бутылок.