Домашней одежды было два комплекта. Первый — это длинный банный халат с капюшоном белого цвета, на который были нашиты стразы, выступающие в виде защитных амулетов. К халату прилагались закрытые удобные тапочки. Второй комплект предназначен для повседневной носки в пределах дома и состоит из двух длинных юбок с широкими полами — белой и чёрной; трёх блузок с длинными рукавами — белая, бирюзовая, салатовая. А также был белый хиджаб.
К тому же имелось четыре пары разной уличной обуви, а домашняя одежда была не менее красивой, чем повседневная и её вполне можно чередовать. Всё это добро обошлось мне в пять с небольшим миллионов австралийских долларов. Так что можно смело констатировать — содержание вампирши обходится дороже, чем обеспечение потребности в шоппинге модной львицы.
— Боже! Гарри, ты душка! — радостно щебетала Эмили. — Я так долго вживую не видела солнца… Ты лучший! Давай куда-нибудь сходим.
— Давай. Я давно из-за постоянной занятости никуда не выбирался. Как насчёт Парижа?
— Это будет замечательно! — обрадовалась вампирша и крепко меня обняла.
Глава 53 часть 2
Мы порт-ключом перенеслись в магический квартал Сиднея и направились в отделение Министерства магии, где я приобрёл туристический порт-ключ до Парижа.
В Париже мы оказались в портальном зале местного Министерства магии. Из-за разницы во времени, несмотря на то, что в Сиднее было пять часов вечера, в Париже оказалось девять часов утра. Нас встретил пожилой волшебник, одетый в классический костюм. Он обратился к нам на английском с французским акцентом.
— Доброе утро месье и мадмуазель. Назовите свои имена и цель визита во Францию.
— Гарри Адамс, волшебник из Австралии в сопровождении телохранителя.
Француз со скепсисом осмотрел девушку. Вместе мы представляли странную пару, этакий карликовый Индиана Джонс, шейх австралийского разлива, и юная миниатюрная девушка-мусульманка. Заметив бледную кожу девушки, представитель министерства нахмурился. Он достал из кармана какой-то серебряный амулет в виде ромба, украшенного самоцветами. Один из камушков светился голубым светом. Видя это, француз побледнел.
— Держите своего вампира под контролем, — сказал мужчина охрипшим голосом.
— Конечно. Если это всё, то мы пойдём.
— Удачного отдыха, — собравшись с духом, пожелал француз. — Стойте! — вдруг выкрикнул он. — А вы случаем не из тех самых Аддамсов?
— Если и так, то что?
Француз судорожно сглотнул.
— Ничего-ничего, месье Адамс, — залебезил чиновник. — Просто помните, что во Франции запрещены тёмные искусства…
— Вы так говорите, словно я дня не могу прожить без массовых жертвоприношений и оргий с участием суккуб. Успокойте свою паранойю, сэр.
— Простите, — сказал чиновник. Он достал из кармана карту-путеводитель и вручил мне. — Вот, возьмите. Это туристическая брошюра для приезжих волшебников.
— Благодарю.
Мы вышли из здания министерства на малолюдную поутру улицу магического квартала. Нам предстала довольно узкая старинная улочка с каменной мостовой, по обеим сторонам стоят трёхэтажные старинные домики из камня и дерева, на первом этаже которых расположены различные магазины. Чем-то это всё похоже на Косой переулок, разве что дизайн домиков более симпатичный и витрины оформлены более современно.
Прогуливаясь по магазинам, мы рассматривали местные товары, которые не сильно отличались от аналогов в Сиднее. Возле входа в книжный магазин я узнал в идущей навстречу девушке знакомую по Хогвартсу, ею была Гермиона Грейнджер. Она выглядела неухоженной: ни грамма косметики, волосы растрёпаны. А ещё Грейнджер была безвкусно одета: белые мятые джинсы, синяя футболка, поверх которой надета ядовито-сиреневая кофточка на пуговицах, ноги обуты в серые китайские кроссовки.
Гермиона заметила меня и судя по удивлённому лицу, на котором без легилименции читалось узнавание, я был опознан. Сложно забыть карлика, тем более такого, как я.
— Гарри? — с удивлением спросила Грейнджер.
— Привет, Гермиона.
— Привет. Ты что тут делаешь? — спросила Грейнджер.
— Выгуливаю любовницу. — Киваю в сторону вампирши. — Знакомьтесь — это Эмили Бробст. — Показываю рукой на лохматую. — Это Гермиона Грейнджер, мы учились в одной школе.
— Любовница? — Гермиона была шокирована. Она рассматривала Эмили и хмурилась. — А не слишком она молодая?
— Это уже наше личное дело, не находишь, милочка? — ехидно вопросила Эмили.