- Не знаю, может быть, как-то тревожно все равно и еще мне рыбка приснилась, будто я на рыбалку ходила. Что к чему? Но я домовенку молока налила.
- Правильно. Ладно, присматривай за мамкой, а мне работать надо.
В обеденное время, Даня стал приглядываться к матери, но ничего особенного не заметил, так, кое-какие мелочи, то - надоедливого кота ногой отопнет с досадой, то - ножи с ложками резко на стол бросит, но это все можно списать на плохое настроение. Работы не становилось меньше, а плечи под нее стали слабее, припасов больше не становится, чему тут радоваться. Кстати, нужно в лес сходить, ловушки проверить и рыбу половить. На следующий день, Даня собрался в лес, мать проводила его, харчи в котомку положила, а потом всплакнула возле калитки, провожая глазами, совсем не взрослую, тонкую фигурку добытчика. Парнишка знал, где отец ставил ловушки, но пришлось потрудиться, чтобы найти их все. Добыча была и неплохая, несколько здоровых зайцев, одного лисы успели обглодать почти полностью. Он заново установил ловушки, хорошо, что батя брал его на охоту, учил уму-разуму, терпеливо растолковал, где ставить, как тропинки звериные искать. Отец всегда говорил, что на охоте нужна не сила и ловкость, хотя и они нужны, главное, хитрость, кто кого обманул, тот и выиграл, а для этого нужно повадки знать и терпение иметь. Осторожность и внимание, это тоже оружие, на войне он хорошо уяснил, что одной храбростью победить нельзя, кто лучше привычки неприятеля изучил, тот чаще и верх одерживал. Да, на войне выжил его батя, а здесь, возле дома, чуть в мелкой речушке не утонул, с горечью думал Даня. Он поймал несколько рыбин и шел той же дорогой, что тогда его отец добирался до дома. На месте, где тропа близко подошла к воде, остались следы от копыт коня и были обломаны ветки кустов. А это что такое? Он наклонился к земле и что-то поднял, смахнув снег. Черное перышко! В груди закололи иголочки, в горле заворочался и неудобно встал ком, сглотнуть нельзя, глаза застилала слеза. Как же это? Почему? Он заморгал, непослушные слезы выкатились из глаз и упали на снег. Ничего не видя, Даня побрел по тропке, так и держа голыми пальцами черное перышко. Когда показалась изгородь, от калитки к нему навстречу побежала маленькая фигурка. Сестренка, он узнал ее привычку размахивать руками. Что-то случилось. Она с размаху бросилась ему на шею, чуть не уронив, и горько заплакала, как умеют только дети, не сдерживаясь, слезы брызнули из глаз. Даня опустился вместе с Машей на снег, гладил ее по голове, ощущая на лице горячие сестренкины слезы.
- Что?... Ну, что?... Что с тобой?
- Мама!... Это мама… Мама ударила меня… Я… солонку уронила… я бы все собрала… до крупиночки… а она меня сразу… по щеке… с размаху… больно… обидно… я же случайно… с кем не бывает…. Даааня!... Она меня безголовой обозвала… А я… только хотела помочь… Дааанечка! Я ее не люблю! Она злая!
Братишка утешал ее, как умел, молча прижимал к себе и гладил, гладил, гладил по щуплой спине, по голове. Потом он кое-что вспомнил и сунул руку в карман.
- Смотри, сестренка, что я нашел на тропинке около реки.
Маша оторвалась от него, ладошками вытерла слезы и уставилась на перышко.
- А где ты нашел?
- Там же, где папка с конем в воду упал.
- Ах! Так это же…
- Ага! Я как чуял, что дело неладное.
- Так что же делать?
- Я не знаю.
- Ой, Данечка! Так, поди и мамка наша тоже….
- Ты погоди…
- Ну я же вижу, ее словно подменили!
- Погоди, Маша…
+- Ой-ой-ой! Точно! Ты вспомни! Она всегда тебя целовала с утра и меня тоже, пока мы лежим. А как папка ушел… она больше никого не целовала… Даня… кто нам поможет? Мне страшно…
Дане почувствовал, как кожа покрылась мурашками, может холод пробрался под одежду, может страх холодными руками лезет по телу. Кто им поможет? Родня была не особо приветливой, почти не общались, так, здоровались в деревне на улице, если встречались и все. Знакомые у отца были, хорошие, дядя Кузьма - кузнец и дядя Егор, ну еще пара человек будет. Будут ли они помогать? Неизвестно. А если, все это им кажется? Матери сейчас тяжело, они помогают, как могут, но все равно им не под силу заменить взрослого, здорового мужика.
- Ладно, Маша, пойдем домой, холодно уже. Думать будем, что-нибудь придумаем.
Мать встретила их, словно ничего и не было, радушно, с улыбкой. Даня передал ей свою тяжелую добычу и недоуменно переглянулся с сестрой, потом подошел к окну и незаметно глянул на подоконник, он был пустой. Он глазами показал Маше, она покачала головой. Ясно, она сегодня не ложила ничего и мать тоже забыла.
- Мам, ты домовому ничего не ложила?
- Чего? Аааа… Да, ладно, завтра положу, экая невидаль.
Да, я вам в баньке сегодня постелю, ко мне гость придет.