Но давайте я расскажу совсем другую историю и это не сказка, потому что случилась она со мной. Мне было столько же лет, как вам, может чуток постарше, еще мой дедушка был живой. Отец ходил на охоту и меня, с ранних лет, приучал к походной жизни. Охотничий домик у него в лесу был, который начал строить дед, а закончил отец. Ничего особенного, небольшой сруб с печкой и лежаками, запасом дров и кое-какой посудой, все самое необходимое. Дед с нами часто ходил, потом, когда я подрос, все реже выбирался, но я помню, как он мне показал впервые лесного дядю. Немного в стороне от избушки и от тропы, на небольшой полянке стояло сухое уродливое дерево, со сломанной вершиной. Не нужно было фантазировать, чтобы сразу увидеть наподобие страшной морды из наростов и дупла. Обломанный сук был словно длинный крючковатый нос, закрытые глазницы и раззявленный в немом крике рот поразили меня сразу наповал. Я схватил отца за ладонь и прижался к ноге, не отводя глаз от страшной морды. Дед подошел к дереву, вытащил из кармана ломоть хлеба и положил между корявых корней, отец тоже оставил кусок сахара и подтолкнул меня:
- Давай, иди положи, неважно что, лишь бы свое. Давай сынок!
Ему пришлось раза три повторить, пока до меня дошли его слова. Я пошарил в карманах, ничего там не было, кроме одной деревянной фигурки медведя. Фигурку ту я вытачивал давно и с большой любовью и оставлять ее, запросто так, в лесу, около страшного дерева, ой как, не хотелось. Я посмотрел на отца и на деда, они молча ждали, только отец ободряюще кивнул. Обида наполнила глаза солеными слезами, почему мне не сказали взять с собой кусочек хлеба или сахара, почему я должен расставаться с дорогой для меня игрушкой? Это несправедливо! Нечестно! Кое-как переставляя ноги и глотая слезы, я добрался до корней, сунул фигурку под один из них и, не поднимая головы, также вернулся на место. "Никогда больше не приду сюда, проклятое дерево!"- клялся я про себя. Отец обнял меня за плечи и ничего не сказал. Тяжелый комок долго стоял в горле, не помогала ни долгая прогулка, ни рыбалка, лишь в конце дня я смог нормально говорить, без риска расплакаться. Вот тогда отец и показал необычную вещь. Незаметно для меня, совсем другой дорогой, мы очутились на той же поляне. Отец спросил:
- Ничего не замечаешь необычного?
Я присмотрелся, все на месте: старое дерево, по-прежнему, черная дырка дупла застыла в крике, прикрыты большие деревянные глаза, нос грустно висит, где-то там, в корнях, моя фигурка медведя. Я непонимающе пожал плечами, что может случиться со старым, трухлявым пнем? Разве что, потемнело, время близилось к вечеру. Отец терпеливо спросил снова:
- Посмотри, с какой стороны мы подошли?
Ну да, мы вышли со стороны леса, а сначала, со стороны домика. Ну и что? Главное, я столько старательно выстругивал свою фигурку… Подожди- ка… Это же почти противоположная сторона… И если мы подошли с обратной стороны, то почему… Я замер, пораженный... Как?... Почему оно смотрит на меня?
- Я не понимаю… Папа, мы же…
- Да. Он встречает своих гостей.
- А как?! Это что? Почему?
Я побежал вокруг дерева, дупло было видна только с одной стороны, откуда мы пришли. Осторожно подойдя поближе, я заглянул под корни, даже нагнулся, не доверяя своим глазам. Моей фигурки, моего медвежонка, не было, он исчез без следа, словно и не было. Я обернулся к отцу, по-прежнему не понимая, что происходит. Он улыбался и сделал мне знак рукой, мол пора уходить. Я еще несколько раз оглядывался и проверял, на месте ли дупло, но ничего не менялось, дерево не крутилось на месте, не бежало за мной. Птицы пели, облака плыли по небу, солнышко послало прощальный поцелуй света и закатилось за край земли. Я догнал отца и пристал к нему с расспросами:
- Пап, куда мой медвежонок делся?
- Ага! Значит принял подарок. Это хорошо.
- Кто принял? Зачем ему мой подарок?
- Лесной дядя. Если он подарок принял, значит потом отблагодарит тебя. Обязательно. Рано или поздно.