Выбрать главу

С этими словами она вдруг обняла меня, и я с удивлением заметила, как из её глаз катится синеватая полупрозрачная жидкость. Слёзы. Она постаралась скрыть их от меня и поспешно вышла.

Глава 11

ГЛАВА 11

Ночью я не могла заснуть. В каюте казалось жарко и тесно, воздуха не хватало. Я спешно натянула тренировочные штаны и майку и пошла побродить по пустынным коридорам. Может, пробегусь по нижней палубе. Но ноги сами вынесли меня в приёмную залу. Туда, где я встретилась с Тером в первый раз. Разве могла я тогда предположить, к чему всё это меня приведёт.

В зале было тихо и пустынно. Я подошла к огромному панорамному окну так близко, что казалось, ещё шаг, и я смогу улететь в космос. Но отсюда, из безопасных недр Даро - эта мысль казалось не пугающей, а скорее возвышенной. Мы пролетали по краю какой-то галактики, и сейчас в окне сияли тысячи её желтых звёзд. Словно бриллианты они радостно сверкали мне, подмигивая, кружа голову, не давая забыть о красоте этого мира. Но я думала о том, что обрела здесь, на этом корабле. Я испытала любовь. Впервые в жизни, это была настоящая любовь, страсть и полная отдача другому, чужому доселе существу. Мужчине. Самому потрясному из всех, кого я знаю, самому сильному, свирепому и мужественному из всех, кого я могла себе до сих пор вообразить. Я ведь знала, всегда знала, что не могу даже рассчитывать на увлечение с его стороны. Он не такой. Не из тех, кто влюбляется, кто меняет уклад своей жизни из-за какой-то там женщины. Ну а я - не из тех великих жён, кто может влиять на судьбы мира, творить историю или политику, вдохновляя мужчин на подвиги. Я просто маленькая земная девушка. Хотя теперь меня и обучили парочке диковинных боевых приёмов. И мне нравится быть именно такой. А значит, я не смогу быть рядом с этим полководцем, тетрархом и ещё чёрт знает кем. Ему просто не интересно.

И всё-таки я была безумно счастлива. Счастлива, что узнала, каково это: любить! Когда твоя душа наполнена ещё кем-то, кроме тебя. Когда ты смотришь на себя глазами другого человека. Когда хочешь, чтобы ему было просто хорошо, и не важно, с тобой или без тебя. Душа как будто бы потяжелела, потому что теперь словно вмещала сразу двух людей; и в то же время на душе стало удивительно легко, потому что теперь она познала самое сокровенное, что бывает в этом мире. Стала мудрее, полнее и возвышеннее. С моих глаз сорвалась слеза. Слеза счастья и чувства потери одновременно.

Я знала, когда он вошёл. Все чувства были так обострены, что я просто поняла, как изменились в комнате вибрации, что теперь я не одна. И я чётко знала, что это не Тер. Просто знала и всё, потому что Тера я теперь могла чувствовать в любой точке корабля.

Айко подошёл ко мне сзади так близко, что я чувствовала его дыхание на своей макушке. Я не отстранилась. Не захотела. Мне хотелось петь и обнимать всех людей на Земле! Вернее, в космосе.

- Он не любит тебя.

- Я знаю.

Айко молча сопел.

- У него было много женщин до тебя.

- И ты хочешь сказать, что будет ещё столько же после меня?

Я понемногу начала приходить в себя, догадываясь, к чему приведёт нас этот разговор.

- Тебя это совсем не смущает? - Он позволил себе положить свои руки на мои плечи и развернуть лицом к себе. Его взгляд блуждал по моему лицу в поисках кажущегося ему безумия.

- Какая разница, смущает меня это или нет? Разве я что-то могу с этим сделать?

- Ты можешь сохранить своё достоинство! - Гад какой. Бьёт по больному. - Я знаю, как с тобой обошёлся муж. Так же поступил и он. Ты… Ты… Ты просто не заслуживаешь такого. Ты самая тёплая, женственная, восхитительная женщина, которую я встречал. Нежная, наивная. Ты как ребёнок в нашем мире. Не унижайся больше. Одно твоё слово, и я дам тебе то, что никто из мужчин ещё не давал: своё уважение, заботу.

Ничего себе поворот. Я никогда не слышала такого от мужчины. И честно говоря, не думала, что услышу. Это было слишком… театрально что ли. Он всё ещё обнимал меня за плечи, хмуря брови и ожидая моей реакции. А ведь он прав. Терон быстро найдёт мне замену. Сейчас, прочтя это в глазах Айко, я была уверена в этом на три тысячи процентов. И что тогда? А ничего.