- Я думаю… - Ее подруга задумчиво потянула низ футболки вверх.
- Прекрати сейчас же! – Закричала Деф так громко, что неудавшаяся стриптизерша испуганно отпустила одежду и зажала уши ладошками.
- А ты отвернулся! – Продолжила командовать бывшая пациентка. Я вновь торопливо повернулся к проносящимся за окном холмам и затосковал по царившей недавно тишине. – Стоит ненадолго исчезнуть, и они здесь уже распутную вакханалию устроили!
- Для этого необходимо более, чем двое. – Возразила Алиса. – Вот если втроем… - Она оценивающе посмотрела на стремительно краснеющую девочку. – Втроем, может быть и получится. Будешь участвовать с нами в распутной вакханалии?
- Брысь отсюда! – Закричала Деф так пронзительно, что ее, наверное, в соседних вагонах услышали. Алиса исчезла с полки, и в коридоре раздался ее удаляющийся веселый смех. Интересно, она не забыла юбку надеть?
Что было дальше, наверное, понятно и так. А те, кто женат и попадал в какую-нибудь пикантную ситуацию, ставшей известной супруге, прочувствуют и без слов. Единственно, мне было не совсем понятно, почему мне приходится выслушивать подобное, будучи неженатым и, как говорила ранее Деф, даже не в паре, но спрашивать я благоразумно не стал. В общем, когда я спустя четверть часа красный и злой выскочил из купе, застал в коридоре перед ним всю нашу гоп-компанию, за исключением деды, Блонды, Алисы и Кузьки. С каким довольным видом улыбалась Настя, я, пожалуй, промолчу. Деф, негодяйка, даже полог тишины не поставила, в воспитательных целях, мне думается.
- Ну, ты, брат, даешь. – Восхищенно произнес Колька и похлопал меня по плечу. – Дочку миллиардера окрутил, вот это я понимаю. И эльфийка в тебя по уши втрескалась. – Он печально вздохнул. – Вон как орала, и дураку понятно.
- Вот дураку и понятно! – Разгневанно выкрикнула откатившая дверь Деф. – Еще чего не хватало, в эту обезьяну влюбляться! На нее только курицы без мозгов клюнуть могут!
- Но, но, подруга. – Процедила взявшаяся откуда-то Алиса. – Следи за выражениями.
- А то что? – Ехидно поинтересовалась Деф и уперла руки в бока.
- А то я не посмотрю, что здесь дети, - с угрозой заговорила Алиса и ее глаза засияли голубыми огоньками. Мои друзья ошеломленно ахнули, а Колька направил ей в нос палец и восторженно заорал: - Блин, она тоже эльфийка!
Девушка с белокурыми волосами мило заулыбалась и присела в изящном реверансе. – Как долго вы догадывались. – Скромным голосом произнесла она и возмущенно поглядела на застывших ребят. – Ну, знаешь! – С негодованием воскликнула. – Я тоже, может, эльфийкой быть хочу! Почему ты одна?
- Потому. – Деф гордо отвернулась и скрылась в купе, с грохотом задвинув перед нами дверь.
Алиса с обидой посмотрела на замерших ребят, скорбно вздохнула и уменьшилась, превратившись из взрослой девицы с шикарными формами в худенькую скромную девочку-подростка.
- Пойдем, мой принц, - печально сказала она, взяв меня под руку. – Нам здесь не рады. Дойдем до вагона-ресторана, заедим горе чем-нибудь сладеньким. И розовое вино мне надоело. – Алиса вздохнула еще печальнее. – К одним прилетает синяя птица счастья, ко мне же пришла розовая птица обломинго. Секс обломали, славу растоптали. Хочу мартини.
- Кто тебе нальет? – Удивился я, из солидарности становясь одного с ней возраста и роста.
- Пусть попробуют. – Девочка мстительно прищурилась. – В гневе я страшна.
- Верю. – Искренне подтвердил я.
- Но, но. – Она нахмурилась. - В переносном смысле.
- Я это и имел в виду. – Поддакнул я, галантно провожая двенадцатилетнюю на вид даму по коридору.
* * *
- Алле, шеф, два мартини. – Усевшись, объявила Алиса и ладошкой припечатала к стойке бара красную купюру.
- Я не буду. – Испугано произнес я.
- Не будь. – Согласилась девочка.
Стоявший за стойкой человек окинул ее насмешливым взглядом и небрежно произнес: - Спиртное исключительно для совершеннолетних.
- И? - С непониманием воззрилась на него малолетняя посетительница. - В чем проблема?
Работник ресторана невероятно вежливо поинтересовался: - Я могу взглянуть на ваш паспорт?
- Да пожалуйста. - Пренебрежительно фыркнула Алиса и жестом, с каким, наверное, в средние века богатые аристократки подавали милостыню, достала из воздуха тонкую темно-красную книжицу и бросила на столешницу.