- И что с Блондой? – Вернул я разговор в прежнее русло.
- Ее эмоции не соответствуют ее поведению.
- То есть? Например?
- Например, она очень сильно боится тебя и ненавидит меня. И тщательно это скрывает.
- И что? – Не понял я.
- Скрывает так, словно она довольно опытный агент. – Алиса посмотрела на меня и вздохнула. – Мы часто с ними сталкиваемся, такова специфика нашей жизни и безошибочно их определяем, потому что ни один человек не может полностью управлять своим телом, особенно, его химическими процессами. Но их тренируют определенным методикам симуляции чувств, нам это заметно так же, как, например, будет заметно тебе, если европейца намазать ваксой и выдать за нубийца. И у твоей Блонды столь же характерное поведение. Такое ощущение, что ее долго и тщательно натаскивали для определенной работы.
- Да она только и умеет, что ледяную глыбу изображать. – Не выдержал я.
- Это с тобой. А у нас вчера ночью был достаточно долгий разговор, из которого я поняла, что девочка не так проста, как кажется. Она ведь с бабушкой живет? – Алиса испытующе посмотрела на меня. Я кивнул. – И родители ее погибли этой весной?
- Что? – Я оцепенел. – Кто? Когда?
- В марте этого года. Грузовик на светофоре превратил их машину в лепешку о стоящий перед ними мусоровоз. Вижу, ты не знал. А ты знаешь, где они работали?
- Нет. – Я потрясенно покачал головой. – Блонда никогда о них ничего не рассказывала.
- Есть у вас одна контора. – Задумчиво заговорила девочка. – По документам, частное охранное предприятие, на самом деле, максимально приближенная к Кремлю. В ней они и работали. Между прочим, устроивший аварию водитель грузовика тоже прожил недолго. Странно, да?
- И что? – Хмуро спросил я.
- Ничего. – Алиса радостно помахала кому-то в зале и сказала: - Пойду, развлекусь. – Изящным движением соскользнула с высокой тумбы и, виляя бедрами, не спеша направилась вдаль.
Я сжал голову руками. Натаскивали для определенной работы. Не я ли, часом, эта работа была? Единственный, кому она позволяла быть к ней чуть ближе остальных? Три года я хвостиком бегал за ней в школе и с каждым следующим горячо любимым всеобщим праздником, тот, что с елками, разрыв между нами становился все больше. Я вспомнил нашу первую встречу и невольно улыбнулся.
В моем классе она появилась три года назад. Точно так же, как совсем недавно Деф и Алису, ее представила учительница и предложила, куда она желает сесть. И по какой-то счастливой случайности, она выбрала парту перед нами с Колькой. Пару дней перед этим заболела девочка, сидевшая там, потом она поправилась, как нам сказали, но больше ее мы не видели. И в середине урока Блонда, как мы впоследствии ее прозвали, случайно уронила ручку. Я в лихом вираже опередил соперников, подхватил ее и со счастливым видом протянул скучающей владелице.
- Спасибо. – Высокомерно произнесла она и внезапно улыбнулась настолько искренне, что я и сейчас поневоле застыл, вспоминая. Эндемики творят с памятью чудеса, восстанавливая такие моменты, о которых, казалось, забыл давным-давно. Невозможно так улыбаться по приказу. Или нет? Та ее улыбка и послужила началом моей безответной и безнадежной… дружбы, скажем так. А сейчас мне прямым текстом объявили, что ее долго и скрупулезно готовили для объекта номер один. Это как? Или Алиса опять врет? Я припру ее к стенке и она, не моргнув глазом, скажет, что пошутила. Я посмотрел на девочку, забравшуюся на колени к пьяному мужику и что-то мило ему воркующую, расстегивая и застегивая ему пуговицы на рубашке. Покачал головой и допил сок.
- Ты девицу свою забери. – Негромко произнес мне официант. – Это не те люди, с кем ей стоит дружить. Поверь, я знаю, о чем говорю.
Я еще раз окинул взглядом столик с Алисой, тяжело вздохнул и подошел.
- Алиса, пойдем. – Позвал я.
- Куда? – Она недовольно надула губки. – Не хочу.
- Не хоти. – Согласился я, повернулся и пошел прочь.
- Ты куда? – Растеряно крикнула девочка. – А я?
Я остановился, обернулся и поманил ее пальцем. Она раздраженно посмотрела на лыбящегося мужика, стукнула ему кулачком в грудь, спрыгнула с коленей и пошла, виляя бедрами, будто на подиуме. Я покачал головой. И что за представление, не понимаю. В дверях я повернулся, пропуская Алису вперед, и увидел у столика с пьяным мужиком еще двух, глядящих нам вслед. Что за человек такой, раздраженно подумал я о девочке, невозможно с ней в люди выйти, обязательно какую-нибудь гадость выкинет. То машины копытами пинает, то людей на опыты ворует, теперь вот в вагоне-ресторане непонятное шоу устроила, зачем только, непонятно. Хотя Алиса и не человек, вспомнил я, какие у нее тараканы в голове, одному Отцу известно. Пропуская девочку в наш вагон, я увидел, как один из тройки заходит в соседнее купе, внимательно наблюдая за нами. Мне это очень не понравилось.