- Что? Испортила она людей, вот что. Якобы ошибочно заменила пару наших генов на ДНК своих гамадрил. И все. – Она указала на Блонду, холодно оглядывающуюся из-за спинки кресла. - И получилось это убожество. Ни нормальных ушей, ни зубов. Как они выжили, не понимаю. Когда я вышла из анабиоза и увидела свои земли с копошащимися этими… - Алиса указала пальчиком на таращившегося в окно Кольку. – Я горько заплакала. Ну, как заплакала? – Поправилась она. – Ругалась долго, даже два новых словосочетания придумала. – Девочка пропела музыкальную фразу, заканчивающуюся на то ли «шмяк», то ли «бряк» и гордо посмотрела на меня. Я зааплодировал, она скромно поклонилась.
- Что делаете? – К нам подошла Настя. – Песни поете? С вами можно?
- Ты? – Алиса посмотрела на нее как на таракана, выползшего на середину кухни и вставшего на задние лапки в желании исполнить оперную арию. – Что вы можете спеть своими обезьяньими связками?
- Сама обезьяна. – Тут же выдала Настя и на всякий случай спряталась за меня. – Я, между прочим, пять лет в хоре пою.
- Ну, ну. – Алиса мило улыбнулась, совершенно не обратив внимания на ее обзывательство, по крайней мере, внешне. – Просим. Спой нам что-нибудь.
Настя посмотрела на меня. Я кивнул.
- Лунные поляны, - запела она, - ночь как день светла…
Я изумленно покачал головой. Пела девочка здорово, однако Алиса сморщила носик и капризно заявила: - А повеселее что-нибудь можно?
- Можно повеселее. – Настя озорно стрельнула в меня глазами. – Сейчас. – Она отошла к Деф, что-то ей прошептала на ушко. Моя помощница обрадовано заулыбалась, что мне совершенно не понравилось, извлекла из ниоткуда синтезатор, и заиграла смутно знакомую мелодию. А Настя звонко запела, глядя на меня: - Кто с доброй сказкой входит в дом? Кто с детства каждому знаком…
Ребята заинтриговано подобрались ближе к импровизированной рок-группе. Колька растянул рот до ушей и в припеве заорал: - Э! То! Ле! Ха! Э-то Ле-ха!
- На голове его колпак. - Хором запели Настя и Деф, а я возмущенно стянул с головы полосатую, похожую на чулок, тряпку. - Но околпачен будет враг… – Моя помощница выразительно посмотрела на кисло улыбающуюся Алису. Опять прикалываются, чтоб их. Припев дурными голосами кричали все, даже Митька: - Э! То! Ле! Ха! – Чтоб им пусто было. Я увидел, как оглянулся водитель, испуганный дикими воплями, доносящимися из салона, и указал на него пальцем. – Это что, он настоящий, что ли? - Продолжая петь и играть, Деф подтверждающе кивнула головой. – Офигеть. – Только и сказал я. Вволю наоравшись, ребята немного успокоились и теперь довольно лыбились, глядя на меня, и друг друга.
- Песня, соответствующая умственному развитию.- Прокомментировала Алиса.
- Сама попробуй спеть. – Предложила ей уязвленная Настя.
- Вот еще. – Девочка с белокурыми волосами презрительно фыркнула. – Перед макаками петь не собираюсь.
- Сама макака. – Не осталась Настя в долгу. – Не умеешь, так и скажи, и нечего обзываться.
- А давайте в караоке споем. – Радостно предложила Деф. – У меня и оборудование подходящее есть. – На кресле возникла здоровенная черная колонка с кучей кнопок и светящимся экранчиком. – Вот микрофон. А текст будет вот здесь. – Она показала на правую половину лобового стекла. – Кто первый?
- Я. – Настя завладела палочкой с коротенькой антенкой снизу. – Если наша зазнайка не желает. Как песни выбирать? – На лобовом стекле появился ярко-красный список. Певица его придирчиво изучила, подойдя вплотную к нервно дергающемуся водителю, и указала пальчиком на название. – Эту. – Заиграла музыка. Настя отошла в центр салона и запела, не глядя на огромные буквы на лобовом стекле: - Просто я придумала тебя. Это я писала эти сказки… (Нюша. Мой зайчик.) Я слушал, открыв рот. Никогда не думал, что Настя умеет петь, и тем более, петь ТАК. Не знаю, насколько правильно у нее получалось с точки зрения человека с музыкальным слухом, но на мои ощущения, пела она настолько проникновенно и, главное, вкладывая душу, что водитель забыл тронуться на светофоре, и так и сидел, отвесив челюсть и игнорируя едва доносящуюся канонаду гудков.
Музыка смолкла, а мы продолжали сидеть в тишине, прерываемой частым бибиканьем.
- Это нечестно. – С обидой произнесла Алиса и с укором посмотрела на гордую Деф. – Мы так не договаривались. - Мы ни о чем не договаривались. – Моя помощница весело улыбнулась. – Что, уела тебя девочка?