- Как интересно. – Алиса весело посмотрела на меня. – Дрогнула рука, а пострадала нога. – От вагона увели тяжело подпрыгивающего на одной ноге пильщика, следом торжественно, будто священную реликвию, несли мысок от сапога. Я укоризненно посмотрел на стоящую рядом девочку.
- Не сильно он себе ногу отпилил. - Она отрицательно покачала белокурой головкой и добавила мне в утешение: - Пальцы на ноге ему пришьют, не переживай.
Я посмотрел на Деф. Она печально вздохнула.
Возле неуверенно держащегося на ногах владельца теперь уже оранжевой и грязной, как из… э… каски, собрались какие-то люди и тоже широко размахивали руками и громко ругались. Хотя, в отличие от недавнего собрания, матерились реже, и паренек возле них не бегал, изображая самолет, сейчас он с интересом заглядывал в носок сапога. Среди нового собрания общественности я заметил несколько пассажиров, пихающих владельцу каски под нос билеты и двух мрачных представителей железнодорожной администрации в железнодорожной же форме.
- А это кто? – Я запоздало указал на слегка пошатывающегося владельца оранжевой каски.
- Начальник станции. – Ответила Деф.
- А что не в форме? – С любопытством поинтересовался я.
- Откуда я знаю? – Моя помощница хмуро смотрела туда, где вновь затарахтела монстроподобная болгарка по кличке "Стопорез". Я вытянул шею, но мне ничего видно не было. Зато там опять дико заорали, и мимо нас пробежал горящий человек.
- Э… - Ошеломленно протянул я, ткнув в его сторону пальцем.
- Да потушила я его уже, потушила. - Недовольно сказала Алиса. - Не переживай, - вновь попыталась она меня успокоить, - не сильно он сгорел, кожу ему с попы пересадят и все.
- Это как… - Я продолжал, остолбенело, показывать в сторону убежавшего человека.
- Бензин из его тарахтелки вытек и на него попал. – Пояснила девочка с белокурыми волосами. – И загорелся, там ведь искры летали везде. А нечего было хвалиться, что у него руки, в отличие от первого, откуда надо, растут. Вот теперь на них кожа как раз из того места расти и будет. Все. – Алиса печально вздохнула и отвернулась от окна. – Больше ничего интересного не будет, сгорела тарахтелка бензиновая. А, нет. – Она с ожиданием повернулась к торопливо идущей к нам женщине и обворожительно ей улыбнулась.
- Девочка, открой окно. – Попросила ее женщина. – Пожалуйста.
- Конечно. – Алиса улыбнулась еще обворожительнее и подергала раму. – Не открывается. – Жалобно протянула она и подергала еще. – Совсем не открывается.
- Что за вагон такой, - со злостью сказала женщина. - Не зря тринадцатый. Как есть, чертов. – Она брезгливо плюнула под ноги.
- Чертов. – Подтвердила Алиса. – И вы, несмотря на это, все же хотите к нам попасть?
- Девочка, - тоном, будто говорит с душевнобольной, произнесла женщина, - у меня в него билет.
- Вы можете поехать в другом вагоне, - предложила мой секретарь. – Свободные места есть, я знаю.
- Молодой человек, - с надеждой обратилась женщина ко мне, - может, вы попробуете открыть окно, в этот чертов вагон?
- Может, вам все же лучше в другой вагон пойти? – Предложил я, с опасением глядя на многообещающую улыбку Алисы.
- Попробуй, а? – Предложила женщина. – Я денежку дам.
- И так, - торжественно заговорила девочка с белокурыми волосами, - услышав все вышеперечисленное, вы все же желаете попасть в наш чертов вагон?
- Молодой человек, попробуйте, а? – Женщина мне заискивающе улыбнулась.
- Может, не надо? – Попросил я. Алиса отстранила меня, положила руки на защелки и окно чуть приоткрылось.