Затылок сковало льдом, я боялся оглянуться на Алёну, зная, что увижу в ее взгляде. А между тем, Геннадий всех распустил обдумать новости, познакомится с новой творческой группой. Анна продолжала сверлить меня глазами, а Алёна сорвалась с места, отпихнула мою руку, когда я попытался задержать её, и скрылась в своей норе.
- Какого черта ты здесь делаешь?
- Я думала, ты соскучился, как и я.
- Даже не вспоминал о тебе.
Анна показательно надула губы. Странно, что теперь я начал обращать на это внимание: на мимику, на интонации, на ужимки и двойной смысл слов. Раньше все эти эмоции ускользали от меня.
- Значит, эта та самая… пара…
Анна задумчиво смотрела вслед упорхнувшей Алёны, втягивая воздух носом. Ну да, Алёна теперь пахла мной, дракайна совершенно точно уловила в шлейфе запах моей метки.
- Не поторопился ли ты, Тай?
Я молчал. В конце концов, я в изгнании, мне всего тридцать шесть лет, метка стоит на девушке, которая может со мной быть не больше срока своей короткой жизни. Тороплюсь? Пожалуй, да. Я хочу успеть почувствовать с ней всё, что только Алёна может мне дать.
- Если ты всё выяснила, можешь отправляться назад и не создавать мне проблем.
- Не могу, Тай, - Анна ласково улыбнулась, что мне челюсть свело от оскомины. – Чтобы узнать твое место ссылки, пришлось напроситься на кураторство. Я теперь твой надсмотрщик. Забавно, не находишь? И пока я здесь, попробую убедить тебя, что ты выбрал не ту.
- Если тронешь ее хоть пальцем…
- То – что, Тай? Что ты мне сделаешь? Мы же оба знаем, что я защищена законом Совета основателей.
Я щелкнул челюстью от злости и бессилия и рванул за Алёной, оставив смеющуюся Анну за спиной.
Алёна, ожидаемо, была в бешенстве.
- Значит, до меня у тебя никого не было?
Ух, она стояла ко мне спиной, но эмоции ярости сносили с ног.
- Я всё объясню!
- Лучше просто отвали.
- Лен…
- Алёна! Ты даже имени моего запомнить не можешь! – она горько усмехнулась и снова отвернулась от меня.
- Черт, прости, но только за то, что для меня Лена звучит также прекрасно, как Алёна. А в отношении Анны мне не за что извиняться. У нас ничего не было. Это просто знакомая из прошлой жизни.
Мне пришлось подойти вплотную, чтобы обнять Алёну, пресекая попытки вырваться, развернуть лицом к себе и заставить посмотреть в глаза.
- Не знаю, кто тебя превратил в колючку, но сейчас ты сама отталкиваешь меня недоверием. Почему слова случайной девчонки для тебя важнее моих слов и чувств?
- Я не знаа-ааю… Я боюсь. Тай, я так боюсь поверить, что у меня тоже может быть маленькое счастье. Поверю, а потом ты, или она, или Гена, любой - возьмут и снова разобьют мое доверие вдребезги. А это больно, понимаешь? Лучше не верить, тогда и разбивать нечего.
- Девочка моя, - я прижал ее к груди, обнимая вздрагивающие плечи и глуша всхлипы.
Алёна выплакалась за полчаса, потом я принес горячего чая и ирисок. Мы обговорили новое расписание, так как ночи нам освободили, но днем необходимо было являться в клуб с программой и костюмами.
Тёмыч дал расписание, разделив тренировки парней и девушек. Получалось, чтобы не оставлять Алёну одну в клубе, мне придется сопровождать ее ежедневно.
Анна притаилась, но я зря успокоился на ее счет. Она заловила меня на заднем дворе, когда я помогал парням выносить декорации.
- Тай, мне бы хотелось, чтобы ты прекратил цепляться за портниху. Я присмотрелась, она тебе совершенно не подходит.
- Серьезно? Ты спец по отношениям?
- Не спец, но в конкретном случае, лучше, если ты сам с ней порвешь.
- С чего бы? Меня всё устраивает, а тебя никто не спрашивает.
Анна закусила нижнюю губу, невольно привлекая к ней внимание.
- Я оплодотворена…
- Поздравляю.
- Тобой.
- Что?
Еще не осознав сказанное, я вздрогнул от эха моего же вопроса, прозвучавшего за спиной Ленкиным голосом:
- Что?..
***
Лена просто закрыла дверь своей норы у меня перед носом. Ни крики, ни требования открыть на нее не действовали, а Анна, сделав свое грязное дело, словно растворилась.
Я ушел в парк, чтобы позвонить Миши, но разница во времени лишила меня возможности переговорить с ним об Анне, кураторстве и прочих свалившихся на голову неприятностей.
Если бы Анна оплодотворила яйцо, ей бы не позволили улететь из Гнезда, более того, ей нельзя принимать человеческую форму, иначе она может потерять зародыш.
С другой стороны, я не настолько хорошо знал биологию драконов, чтобы утверждать это наверняка, вдруг на ранней стадии дракайны ни в чем не ограничены? Я мог судить только по Милене. После спаривания Родион запрещал ей принимать человеческую ипостась, и она практически безвылазно сидела в дальней пещере, пока оплодотворение не подтверждалось.