— Хочу прояснить, если до тебя туго доходит, — заставляет вздрогнуть от неожиданности.
Он уже растянулся на кровати и занял намного больше чем ее половину.
— Если ты будешь послушной, возможно у меня получится меньше раздражаться от твоего присутствия. Не задавай лишних вопросов. Не выкидывай сюрпризов. Будь тихой и незаметной, делай все что я тебе говорю и не огорчай меня.
Сжимаю пальцы, впиваясь ими в деревянную поверхность стула. Каждая его чертовая фраза пробуждает во мне бунт.
— Усекла?
Меня передёргивает от пренебрежения. Упрямство берет верх. Я продолжаю молчать и смотреть перед собой, только частички благоразумия не позволяют огрызаться.
Кто бы не стоял за всеми этими преступлениями, нахождение рядом с этим чудовищем самое опасное времяпровождение.
Теряю счёт времени, но продолжаю сидеть в полной темноте. Стараюсь не шевелиться и не издавать ни звука. Сейчас мне кажется, что любое неверное движение может привести к краху, а второго шанса просто не будет. Громила устал. Утомился творить свои гнусные делишки. Сижу и прислушиваюсь к его дыханию, пытаюсь определить по нему фазу сна. Очень надеюсь, что спит он крепко.
Встаю после того, как начинает неметь тело. Даже не представляю куда он дел мою одежду. Взамен приходится аккуратно взять его футболку. Мне везёт, ее длина практически скрывает колени.
Как можно тише подхожу к двери и практически беззвучно поднимаю его куртку. Буквально тону в ее размере. В нос ударяет его запах. Греховный. Проклятый. Наверное, ещё долго не смогу от него отмыться. Ныряю рукой в карман и до боли сжимаю в кулаке ключи. После перевожу взгляд на босые ноги и понимаю: чем-то придется жертвовать. Не такая уж и высокая плата за спасение.
Очень сложно открыть замок с которым никогда не имел дела беззвучно, но кажется, у меня получается. Громила даже не вздрагивает, не шевелится, не приводит в движение свое огромное тело.
Чтобы он мне не говорил, как не пугал, я все ещё являюсь владелицей акций. Желающих прибрать их себе, как оказалось, достаточно много. Это и есть мой карт-бланш, белый билет. Это должно сработать.
Касаюсь босыми ступнями промозглой земли. Тело прошибает холод и осознание того, что я не смогу снять машину с сигнализации в абсолютной тишине. Значит, времени совсем немного. Или его совсем нет. Нужно действовать стремительно. Четко. Выверено. Без всяких ошибок и дрожащих пальцев.
Жму на брелок, дёргаю ручку, глохну от короткого писка, который так неуместен в ночной тиши. Я почти оказываюсь в салоне, какую-то секунду верю, что у меня все получится, но мечты разбиваются о асфальт фарфоровым блюдцем.
Этот козел вытаскивает меня из машины. Одной рукой сгребает куртку и отрывает меня от земли. Впечатывает в холодный капот лицом и телом. Кричу. Пытаюсь вырваться. Размахиваю ногами и руками. Никогда не чувствовала себя такой беззащитной. Визжу от боли, когда он заламывает мне руки за спиной. Будто я преступник, которого поймал с поличным опытный коп.
Кричу ещё громче, сыплю проклятиями. Слабо надеюсь на то, что буду услышана. Крупная ладонь затыкает мой рот и нос. Настолько огромная лапа, что может полностью обхватить моё лицо. Свернуть шею.
— Все ещё думаешь, что я с тобой играю?
Склоняется. Шепчет в самое ухо. Вдавливает так, что ребра хрустят.
— Не понимаешь что происходит и кто я...
Хнычу не в силах справиться с его напором. Я обездвижена. Полностью в его власти. Даже когда можно сделать вдох, решает этот подонок.
— Удивишься если скажу, что мы уже знакомы? Я уже заходил сказать тебе привет.
Мысли плывут. Пытаюсь анализировать услышанное. Уверена, что никогда в жизни прежде его не встречала. Я бы запомнила. Обязательно. Никогда бы по доброй воле не села в его машину.
— Несколько дней назад. В одном из кабинетов фирмы. Понравился мой сюрприз?
Ужас окатывает ледяными волнами. Подступает к горлу, пронизывает насквозь. Не могу поверить что это действительно правда. Или могу? Что останавливает? Грубый, безжалостный, жестокий. Как ещё выглядит убийца, если не так?
Обмякаю. Перестаю сопротивляться. Теряю всякую волю. Перед глазами снова проносятся события того вечера.
Он отрывает меня от капота, тащит в дом, буквально заталкивает внутрь. Еле удается удержаться на ногах. Вопросов становится ещё больше, но одного взгляда в его сторону достаточно чтобы понять: я не дождусь ответов.
Оседаю на кровать когда он возвращается на улицу. Но не проходит и мгновения, как оказывается в доме снова. Его энергетика настолько темная, что весь воздух сгущается как перед ураганом.