Изысканный интерьер вместе с роскошной панорамой не может не восхищать. Водитель проводит меня до самого зала. В детстве я особенно увлекалась мифами и легендами. И вот один из них гласил о том, что «Летучему Голландцу» не суждено причалить к берегу, а встреча с ним предвещает беду.
Вспоминаю об этом весьма некстати. Водитель растворяется в воздухе, когда приводит меня к своему хозяину. Король поднимается с дивана. Помогает мне избавиться от верхней одежды. Проявляет галантность, а чувство что кожу живьём сдирает. Выглядит намного лучше чем при нашей первой встрече, но все равно не вписывается в окружающий интерьер. Не соответствует обществу, которое занимает другие столики. На нем синяя толстовка с объемным капюшоном, спортивные штаны и кроссовки. Выглядит так, словно вернулся с пробежки. Так не ходят в рестораны, это претит морали, но черт возьми, не могу не признать того, что он держится так, будто облачён во фрак. Картина не вяжется. Режет границы. Его пустой взгляд побеждает в зрительной атаке. Опускаю ресницы, расправляю на коленях салфетку.
— Тебе идёт, — делает комплимент и возвращается к трапезе.
Разрезает сочное мясо острым ножом. Передо мной тоже стоит тарелка, но аппетита нет. Такие люди не зовут кого-то, с банальной целью разделить ужин.
— До меня дошла информация о том, что с человеком которого я к тебе приставил у тебя появились разногласия. Это так? — ставит в тупик. — Говори как есть. Мне не составит труда заменить его другим. В твоём положении небезопасно разгуливать по городу в одиночку.
— Нет. Не было никаких разногласий.
Прокашливаюсь, потому что голос звучит почти прозрачно.
— Просто... Просто, обращаясь к вам, я не совсем понимала чего именно хочу.
Решаю быть честной.
— Что ты имеешь в виду?
Перестаёт жевать, смотрит на меня с интересом. Такой взгляд рисуют мертвецам на гранитной плите.
— Я была напугана. Не знала к кому обратиться. Конечно, охрана в моем случае не была лишней, но это не выход. Я не могу вечно скрываться и считаю что мне нужно обратиться за помощью в полицию. Они найдут преступника, выйдут на его след...
Меня передёргивает от его громкого смеха. Король запрокидывает голову и смеётся. Без иронии или сарказма, абсолютно искренне. Даже выглядит значительно моложе. Сколько ему лет не могу даже предположить. Чем заработал влияние, тоже не знаю. Но ему абсолютно плевать на то, что он здесь не один. А никто из окружающих даже вида не подаёт, не демонстрирует как это обычно бывает, свое недовольство.
— Реально считаешь, что мусора способны тебе помочь? — смотрит с некой жалостью, будто я умалишенная, — это ты в кино увидела, как человечек в погонах кого-то от пули защищает?
— Они могут провести расследование, — продолжаю настаивать.
— Нихрена они не могут, — цедит безрадостно и тянется к своей шее.
Вижу обычный черный шнурок и серебряный медальон похожий на клык. Украшение щелкает, белый порошок заполняет расстояние между большим и указательным пальцем.
— Пока ты спала, здесь поменялось и правосудие и закон.
Вдыхает, словно в подтверждение. Демонстрирует безнаказанность. Употребляет в людном месте, в центре города. Даёт понять, что ему ничего за это не будет. Он наверное и убить меня может прямо здесь. Всадить между глаз пулю, а остальные посетители продолжать сидеть и есть, будто не произошло ничего страшного.
Молчу. До боли прикусываю язык. Вижу как меняется его настроение, как бросает из крайности в крайность.
— Няньку приставил к тебе временно. Нужно было время чтобы разобраться. Выждать. Дождаться пока совершат ошибку.
Снова принимается за еду. Медленно разжёвывает, насыщается. Речь идёт о моей жизни, но выглядит это так, будто мы беседуем о чем-то абсолютно несущественном.
— Кого-нибудь подозреваешь? — задаёт очередной вопрос.
— Не думаю что знаю этого человека лично. Могу предположить, что это связано с бизнесом...
— Знаешь, — обрывает. — Отлично знаешь.
— Виктор? — произношу на автомате первое, что приходит в голову.
— А нахрена я голову ломал, если ты у нас такая осведомленная?
Очередной убийственный взгляд прибивает меня к спинке дивана. Озвучила предположение неосознанно, машинально, а теперь пытаюсь втиснуть сказанное в реальность.