— Ты же сдох, — единственное что удалось выдать.
— Реально думаешь, что такие как я сдыхают?
Риторический вопрос, который по сей день оставался реальностью. Именно Король спустя неделю после нашей встречи предложил мне первую возможность заработать, а дальше пошло поехало.
— Ну давай за встречу? — голос Егора вернул меня в реальность.
Молча чокаюсь, опрокидываю внутрь себя спиртное.
— Ты бы завязывал, Антоха, — говорит тихо. — Неужели они все тебе не снятся? По-любому снятся.
— Что за сентиментальное дерьмо? — хмурюсь.
На корню обрубаю подобные разговоры. Терпеть не могу когда в душу лезут. Да и есть ли душа эта? Лучше бы не было. Люди ещё те выродки, и я ничем не лучше любого другого. Циничный и чёрствый, как корка хлеба. Плевать мне на все эти лощеные рожи, ни грамма вины не испытываю. Снятся другие. Те, с кем жратву в плену делили, те, кого с ранениями на плечах своих тащил. Те, кого закапывали под чужим раскаленным небом с крестом из сухих веток.
А эти нет.
Замечаю как Гром меняется в лице. Смотрит куда-то за мое плечо, а после капюшон натягивает.
— Призрак увидел? — криво улыбаюсь.
— Пора мне походу, — возвращает улыбку.
Оборачиваюсь и чуть не взвываю от раздражения.
— Ты не обессудь, но я и так нормально засветился. Король не тупой. Два плюс два сложит, если узнает о наших встречах. Мне ещё пожить хочется. Зря что ли больничкам год подарил?
— Вали, — полностью поддерживаю.
Пусть и сожалею что скорее всего собеседника придется сменить, но тут ничего не попишешь.
Пианистка стоит на пороге «Фиделя», явно кого-то высматривает.
Существуют бабы высшего качества. Она одна из них. В ней сочетается все. И внешность и одежда, и умение себя держать. Не вписывается в окружающее ее общество. Но существует нечто такое, чего не описать словами. То, что противоречит. Холодная, колючая. Взгляд выдает, не олений, не бабский.
Гром исчезает, а она замечает меня. Движется уверенно в мою сторону. Уже начинаю жалеть о том злополучном дне. О ебучих скрипочках.
— Привет.
Расплывается в улыбке, присаживается рядом. Ничего не говорит, но рядом с ней моментально оказывается выпивка.
— Не боишься в таких местах бывать? — интересуюсь.
— А чего мне бояться, Фантом? — опрокидывает шот, слизывает соль. — В этом городе каждая собака знает что с ней случится если меня тронуть посмеют.
Качаю головой. Беззвучно смеюсь. Не врет же. Это я, наверняка, единственный придурок который не видел полной картины. Не понимал кто стоит на против меня в грёбанной филармонии.
— Этот город его подарок мне. Он обещал что положит его к моим ногам.
— Романтично, — источаю иронию.
— Было когда-то, — снова заливает в себя спиртное.
— Много пьешь, — замечаю очевидное.
— Сам выбрал это место, — пожимает плечами, заказывает еще.
— Тебя не ждал.
— Значит придется изменить планы.
— Следишь что ли?
— Просто у меня к тебе дело. Хочу сделать заказ.
Говорит серьезно, а мне в лицо хочется рассмеяться. У этой бабы явная беда с головой, а меня угораздило вляпаться.
— Маникюр плохой сделали, или в примерочной нахамили? Или мужа хочешь убить? — рассыпаюсь в издёвках.
— Короля нельзя убить, он уже давно умер.
Пропускает колкости, в миг становится серьезной. Будто сама в произнесенный бред верит.
— Знаешь, как мы познакомились?
— Думаешь, меня интересуют истории про любовь?
— Думаю, в последнее время да, — горько усмехается.
Явно на что-то намекает. Возомнила, что может знать обо мне больше чем я сам. Выдерживает драматическую паузу. Подкуривает сигарету. Начинает повествовать. Не перебиваю, пусть вещает. Сказка на ночь, больше ничего интересного явно сегодня не светит.
— Я тогда как раз обучение закончила. Началось распределение. Оркестры. Гастроли. Эстрадная жизнь. Только не у меня, у моих сокурсников. Мне прямо сказали: «вы, Лялечка, очень хорошая и упорная девочка. Но таланта у вас недостаточно. Можем вам место выбить в школе. Малышей учить будете». Знаешь, какого услышать подобное человеку, который музыкой бредит? Который пальцы до крови о клавиши стирает?
Глотает алкоголь. Морщится. Замечаю как хмелеет. Темные глаза словно мутнеют, теряют чёткость.
— Полгода жуткой депрессии. Жить не хотелось. С кровати почти не вставала. А однажды утром проснулась и впервые услышала как птицы за окном поют. Солнце увидела. Жалеть себя устала. Стала поднимать старые связи, искать таких же неудачников как и я. Уже через несколько недель я играла и пела в одном из лучших ресторанов города. Нас приглашали два раза в неделю. Нашу внезапно образовавшуюся музыкальную группу, которая состояла из недостаточно талантливых личностей для оркестровой ямы. Сливки общества, которые приходили туда пожрать и обсудить дела насущные, были весьма отвратительными представителями человечества. Но мне было плевать кто является слушателями. Главное, я занималась тем, чем хотела. Пропускала мимо ушей сальные шуточки, игнорировала откровенные попытки меня снять. Для всех я была обычной ресторанной певичкой. Дешёвой шлюхой. Возможностью поразвлечься. Тогда в моей жизни и появился Королёв.