Глава 30
Доминика накрыла стол в гостиной на одну персону. Поставив перед Лукасом чистую тарелку по бокам которой аккуратно разложила приборы, и уже собиралась уйти на кухню, как Лукас оторвал взгляд от телефона, и вновь удержал её за запястье.
Что за манера хватать её? — Доминика злилась. Ей должно быть неприятно, но...
Против собственной воли, замечала как трепетно билось её сердце от его нежных касаний.
— Пусти... — прошипела она, пытаясь выдернуть руку из его захвата.
Лукас не спешил отпускать, он немного ослабил захват большого пальца, и плавными круговыми движениями начал нежно поглаживать запястья девушки.
— Почему ты накрыла на одну персону? — его приятный голос был наделён нотками непонимания.
Доминика шумно вздохнула.
Он всё ещё её удерживал, вызывая новые ощущения, и ей это не нравиться.
Нужно держаться от него подальше! — напоминала она себе.
— Лукас! Ты хотел ужин... ешь, и уходи. — раздражаясь произнесла она, не зная куда спрятаться от смущаемого её взгляда.
— Я хотел ужин в твоей компании, но никак не один — пауза...
Он прожигал её взглядом, заставляя подчиниться.
Она не могла отвести взгляда, как не заставляла себя.
— Или ты решила меня отравить? — идеальной формы мужские брови взлетели вверх.
Доминика отрицательно покачала головой.
— Зачем ты это делаешь? Что ещё тебе нужно от меня?
Доминика была готова разрыдаться, но она слишком гордая, что бы показать ему свои слёзы.
Лукас отпустил запястье, но взгляда не отвёл.
— Полагаю, ты накрыла себе на кухне... что ж, охотно присоединюсь. Ненавижу есть в гостиной — произнёс он, и игнорируя её вопросы, направился в сторону кухни, перенося собой всё необходимое.
Ужин в молчании становился пыткой.
— Ты очень вкусно готовишь — произнёс он отрезая кусок мясного пирога. Доминика же не могла есть. Она то, и дело ощущала на себе его взгляд.
Ей было стыдно за утро. Он видел её почти обнажённой, перед глазами до сих пор стоит, его горящий желанием взгляд... а затем быстро сменившийся брезгливостью.
Зачем она надела именно этот комплект белья? Почему она забыла закрыть дверь? Почему судьба вновь свела их пути вместе? — Доминика прикрыла глаза, глубоко, и часто дыша. Она нервничала, и он это видел.
— Как решу жениться, так непременно найму тебя в кулинарные учителя, для своей красавицы жене. — слащаво произнёс он, выводя её из мыслей.
Эффект от произнесённых слов, не заставил себя долго ждать; Доминика с грохотом бросила вилку.
<<Интересно он имел в виду Сандру... или кого-то другого? Плевать... он опять пытается её унизить.>> — вдох... выдох.
— Вряд ли Кевин оценит твой добродушный жест в адрес его деву... — небольшая заминка. — ПОДРУГИ — пауза. Она видела как изменились его глаза. Он не в восторге, что девушка не из их круга гуляет с его другом?!
— Ужин окончен. Я хочу отдохнуть! — она покосилась на него, замечая как он поднялся из-за стола.
Доминика даже выдохнула как-то разочарованно. Он так быстро сдался?
Лукас вымыл за собой тарелку, вытер руки, и подошёл к задумчивой девушки, наблюдавшей за ним.
Нежно взяв её руку в свою, он не раздумывая губами коснулся её пальцев. Не отводя взгляда Лукас продолжал осыпать тыльную сторону её руки, поцелуями.
Его теплые, немного влажные губы, прокладывали дорожку из нежных дурманящих поцелуев, вызывая жар во всём теле.
— Спасибо за ужин — низко произнёс он, дурея от этой близости.
Доминика отдёрнула руку... её трясло. Неужели просто нельзя оставить её в покое?
— Никогда.... НИКОГДА НЕ ДЕЛАЙ ТАК, ты мне всё ещё противен, и вряд-ли это изменится. Я тебя ненавижу, не надо разыгрывать из себя благодетеля! Я Никогда не прощу тебе.... прошлых ошибок! — заорала она, чем больше шокировала без того ошеломлённого Лукаса.
Доминика подняла ладонь на уровне его лица, указывая на безобразный шрам. Рубец которого навсегда перечеркнул её жизнь.
—Скажи, ты мне так отомстил за смерть своего отца? Или за унижения своей подружки? — полные слёз глаза скользнули на удивлённо– непонимающие лицо Лукаса.
— Ты слепая идиотка! — дверь за ним с грохотом захлопнулась, заставляя её разрыдаться в голос.
Глава 31
После того злополучного ужина, Доминика виделась с Лукасом лишь на тренировках. Они больше не разговаривали. Молча начинали бой, и так же молча расходились.