— Я буду очень стараться! — я постаралась придать в голос как можно больше убедительности, хотя испытывала огромнейшие сомнения в полезности для меня этого седого пенька.
Он пять лет потратил, чтобы что-то почувствовать, а я только прикоснувшись к артефакту установила контакт. У меня основной проблемой будет подгонка знакомых мне плетений к применению через артефакт. Лучше бы получить местные разработки и разобравшись с ними, уже перестраивать свои плетения. Но этот дедок свои плетения мне не даст, пока я «через несколько лет» не почувствую что-то. И как мне при нём тренироваться? Ещё заметит то, что не стоит ему знать. От него польза, только в самой возможности тренировок с артефактами. Без него меня к ним никто не подпустит.
— Молодец, Элис, — старик повернулся к отцу. — Я берусь за неё. Видно, что девочка очень старательная и с неё будет толк. Занятия начнём завтра.
— Спасибо Андерс. Я знал, что вы мне не откажите.
Меня выпроводили из кабинета. Скорей всего будет решаться вопрос цены этого пенька. А я бы ему ничего не платила.
Тем же днём пришли служанки мамы в сопровождении охранников и доставили мои артефакты. Эта прелесть отправилась в сейф в спальне к остальной моей прелести.
Днём следующего дня, когда за мной пришли охранники, я одела на себя артефакты. А потом бойцы провели меня на минус второй этаж дворца в комнату, оказавшуюся защищённой тренировочной комнатой. Именно в таких принято изучать магию. Обычно в них толстые стены из обработанных магией металлов и некоторых других материалов. Этакий композитный материал, выдерживающий мощные магические удары. При сильном повреждении сегмент удаляют и вставляют новый, взамен повреждённого. В моём мире тренировочные залы строят по подобным принципам, только материалы другие.
Когда я зашла в комнату, Андерс Грот, с закрытыми глазами, сидел на коленях посередине зала.
Я подошла к старику и села перед ним также на колени.
— Твоя задача, почувствовать энергию в артефакте, и заставить её слушаться себя. Именно на эту очень сложную задачу у тебя и уйдут ближайшие годы. И только когда ты научишься устанавливать связь с артефактом, мы перейдём к применению магических конструктов... — вещал мне старик, доказывая, что для меня он бесполезен. Я внимательно слушала всё что он говорит, чтобы получше играть роль ничего непонимающей в этом вопросе маленькой девочки.
Грот ещё что-то очень долго объяснял, а затем предложил попрактиковаться самой и посоветовал отсесть от него немного в сторону. Я с радостью пересела.
Первые минут десять я просто сидела с закрытыми глаза, а затем открыла их, и скосила взгляд на старика. Он всё также сидел, не открывая глаз. Отлично!
Я повернулась спиной к старику и попыталась установить контакт с одним из браслетов. Это получилось очень легко. Похоже на то, как в своём мире я тянула в свои магические каналы ману из манонакопителях. Вот только в данном случае энергию из артефакта нельзя пускать в свои каналы. Мне целитель Стрём объяснил, что если в мои каналы зайдёт энергия, сильно отличающаяся по спектру от моей, то каналы разрушаться. Именно поэтому для меня нашли парня донора с подходящей маной. Но целитель ещё обнадёжил, что лет в двенадцать, каналы окрепнут настолько, что смогут спокойно принять ману от взрослого человека, с той же предрасположенностью стихии. И только где-то после двадцати лет появится возможность принимать любую ману, но только не смешанную, применяемую в магонических устройствах.
Я попыталась немного поманипулировать маной внутри артефакта, и у меня это легко получилось. Казалось, что я могу создать всё что угодно, любой конструкт. И я решилась на эксперимент.
Выбрала самый безопасный конструкт «светляк», создающий маленький огонёк света перед собой. Сосредоточилась и начала плести эту простейшую конструкцию, но что-то пошло не так, и конструкт сорвался, испарившись лучом света. Хорошо, что свет шёл от меня, а я сидела спиной к старику и тот ничего не заметил. Я сделала ещё четыре попытки, меняя узлы плетения, но конструкт все эти четыре раза срывался, и каждый раз луч уходил в разные стороны. Приходилось всё время поглядывать на старика, но он все также сидел, ничего не замечая вокруг.
Я прекратила на время свои эксперименты и стала прикидывать, в каких элементах конструкта ошибка и как её исправить.