- Аналогично. – Отозвался другой голос, с предвкушением шутки. - Командир, может на них хоть камень побольше скинем?
- Можешь даже нагадить на них, главное позицию не демаскируй.
Отряд Альянса во время атаки неизвестной расы пришельцев оказался зажат на исследовательской лаборатории в горах Шаньси. Благодаря рельефу, по земле противник мог подойти лишь по одной тропе, а сектор возможного обстрела с воздуха был ограничен. Лишь благодаря этому четырём людям с минимумом боезапаса удавалось оборонять позицию от превосходящих сил противника.
- Эй, доктор? – Михайлович оторвался от прицела. – На кой хрен вас вообще сюда воткнули?
- Я уже говорил – мы искали полезные ископаемые…
- Вот только врать мне не надо – я и раньше не поверил. У вас это может и было целью, но явно неосновной – оборудования недостаточно.
- Вы так хорошо в этом разбираетесь? – Скептически взглянул учёный на лейтенанта.
- У меня девушка из Новосибирского Горного, - хмыкнул тот, вновь приникая к прицелу. – Сами понимаете, доктор, что про геологию я немного вынужден знать.
- В таком случае – это секретная информация, лейтенант. – Отрезал учёный. – Данное выражение вам понятно?
- Так точно. Разрешите продолжить спасать ваши жизни?
В углу внезапно зашевелился радист.
- Командира! Срочное сообщение из штаба!
- Что говорят?
- Говорят… - Радист прислушался. – Генерала Уильямс приказывать отступать к космопорт и эвакуироваться! Кто не мочь эвакуироваться – сдаваться!
- Да они что, совсем… - Дальнейшее высказывание лейтенанта заглушил шум камнепада.
- Командир, я запас геологической взрывчатки нашёл! – Довольный голос Смита резко контрастировал с настроением Михайловича. – Может бабахнем?
- Обязательно бабахнем. И не раз! Слышали Кима?
- Приказы начальства требуется выполнять… - Мюллер, потомственный немец, был верен себе.
- Может, сперва постреляем? Ну или взрывчатки скинем… А потом уже можно и сдаваться, так ведь? – В голосе Смита чувствовалась грусть пироманьяка.
- Кто будет сдаваться, сперва сдаёт оружие мне! – В голосе лейтенанта зазвенел металл. Предположительно сталь. – Потом уже можете прикрываться приказом Уильямса. Остальным – ни шагу назад, ни мысли о сдаче! У меня здесь гражданские и данные, попадания которых к пришельцам я допустить не имею права.
- Так… - Замялся Смит. – Что со взрывчаткой делать?
- Как что? – Не смотря на шумы, в голосе немца послышалась лёгкая улыбка. – Взрывать!
***
- Это действительно так было? – Кажется, Алекса серьёзно увлёк мой рассказ. Да и не только его.
- Мне так отец рассказывал. – Пожал я плечами, пытаясь спереть шоколадку с его подноса. – Кто знает, что там действительно было, а что нет. Например, про те данные я так и не услышал больше ни разу.
- И что было дальше? – Сидящая на коленях парня Юме вперила в меня вопрошающий взгляд.
Краем глаза я отметил на другом конце стола ту странную девушку. Вроде бы её здесь раньше не было…
- Отец держал высоту ещё два дня. Смит и Мюллер погибли, под конец даже учёные отстреливались из чего могли. Их взяли в плен, сперва контузив связкой светошумовых гранат, а затем ранив при штурме. Так что очнулся отец уже в лагере для военнопленных, в лазарете…
***
Голова лейтенанта Михайловича не болела так сильно с того момента, как он обмывал погоны лейтенанта. Открыв глаза… Наверное открыв, ибо в глазах как мелькали искры и световые полосы, так и продолжили мелькать, он направил взгляд в потолок. На потолке кружились по часовой стрелке шестнадцать расплывающихся лампочек.
- Уже очнулися, командира? – Откуда-то справа раздался отвратительно живой голос Кима.
Вместо ответа Михайлович только что-то прохрипел, но подчинённый его вполне понял.
- Это лазарет пришельцев, командира. Вы лежали два дня, сперва от контузии, потом после операции.
- Воды… - Более ясно выразился лейтенант. Шестнадцать лампочек уже превратились в восемь, но продолжали кружиться.
Чья-то рука нежно приподняла его голову, и в горло полилась чуть тёплая, но такая приятная, мокрая и освежающая вода! Напившись, Михайлович обессилевши рухнул обратно.
- Спасибо, Ким… - Слабым, но внятным голосом произнёс он. Лампочек осталось всего четыре, и уже виднелись сквозь туман на глазах стены палаты.
- Не того благодарите, командира! – Голос Кима был полон весёлого ехидства.