От ужина я демонстративно отказалась и валялась на постели, без особого интереса смотря в огромную плазменную панель, демонстрирующую выпуск какого -то танцевального шоу.
Геката вела себя странно -на месте собаке не лежалось, она металась по комнате, подбегала к окнам, царапала лапой дверь, поскуливала и выглядела непривычно взбудораженной.
-Что с тобой? -отложив пульт, я с недоумением покосилась на псину, но Гекка лишь усерднее принялась шкрябать дверь когтями, давая понять, что ей срочно необходимо в коридор.
-Недавно же гуляли, -озадаченно протянула я, без особого энтузиазма покосившись на окно, за которым хлестал дождь. -Ладно, выведу тебя еще раз…
Вздохнув, я стянула с себя домашний шелковый костюм, состоящий из темно -коньячной по цвету рубашки с длинными рукавами и штанов, торопливо влезла в кашемировое облегающее платье, длиной достигающее середины бедра, с высоким воротником -стойкой, забрала волосы в торопливый пучок на затылке и направилась к двери -плевать, что дождь, быстро пробежимся с Геккой по поселку -возьму зонт, спасаясь от ливня.
Гекка, вопреки моим ожиданиям, вниз торопиться не стала -выскочила в коридор, замерла, принюхиваясь, а потом, счастливо взвизгнув, рванула в сторону папиного кабинета.
У меня отвисла челюсть -поведение собаки вообще не вписывалось ни в какие рамки.
-Геката, а ну стоять! -велела я, повысив голос, но псина уже скрылась за поворотом, совершенно проигнорировав мой приказ.
Матерясь сквозь зубы, я бросилась за ней -вряд ли папуля оценит, что по дому носится потерявший управление доберман. Да за такое он вышвырнет Гекку на улицу, совершенно не смущаясь тем фактом, что я буду решительно против.
Рисковать не хотелось, поэтому я, чуть не сбив с ног горничную, которая несла поднос с кофейными чашками, я замерла в десяти шагах от кабинета -Геката ажиотированно царапала дверь когтями, скуля, требовательно лая и явственно давая понять, что ей нужно, просто экстренно необходимо попасть внутрь.
Дверь в кабинет у папы массивная, тяжелая, поэтому вряд ли находящийся внутри родитель слышал, что к нему хочет прорваться взбудораженная собака.
-Да что тебе там делать? -я взяла добермана за ошейник и попыталась оттащить в сторону, но тщетно -Гекка вырывалась и всячески выражала протест.
Не понимая, с каких это пор Геката воспылала к моему папуле такой страстью -обычно она его в упор не замечала -я страдальчески вздохнула и нажала на дверную ручку, позволяя створке распахнуться.
Гекка тут же, не давая двери полностью открыться, рванула внутрь.
Раздался грохот разбитой чашки, папин мат и совершенно счастливый собачий визг.
Сердце пропустило пару ударов -так радоваться кому -то постороннему Геката просто не могла.
Следовательно, в кабинете, кроме папы, есть кто -то еще -тот, кого Гекка знает и очень, очень любит.
Руки затряслись.
-Татьяна Леопольдовна? -горничная встревоженно вгляделась в мое явно побледневшее лицо. -Вам плохо?
-Нормально, - с трудом произнесла я одеревеневшими губами, посмотрев на содержимое подноса, который она держала в руках. Сахарница, блюдце с тонкими кружочками лимона, исходящий ароматным паром кофейник и две, две кофейные чашки из тонкого костяного фарфора.
В груди что -то сжалось, словно ледяная рука сдавила сердце, а потом мне резко стало легче дышать.
Поняв, что оттягивать неизбежное бессмысленно, я толкнула дверь ладонями, распахивая уже до упора, и на подгибающихся ногах вошла внутрь.
-Татьяна Леопольдовна, мое почтение, -насмешку в голосе Юрия я привычно проигнорировала, не удостоив начальника службы безопасности даже взглядом.
-Привет, папа, -ровным, лишенным всяческих эмоций голосом, произнесла я, смотря только на родителя, который сидел за столом.
Горничная проскользнула мимо меня и аккуратно водрузила поднос на журнальный столик, прямо рядом с человеком, сидящем в кресле, смотреть на которого я себе решительно запретила.
-Я тоже рад тебя видеть, -сухо кивнул родитель. -Не могла бы ты распорядиться по поводу ужина, милая?
-С удовольствием, -пришлось чуть улыбнуться, хотя губы отказывались мне повиноваться.
Смотреть только на папу оказалось неожиданно тяжело -шея затекла от желания повернуть голову и, наконец, открыто посмотреть на того человека, которого папуля привез в качестве гостя. Причем привез принудительно -Юрий, мрачно застывший за спинкой кресла и контролирующий каждый шаг визитера, был прямым тому доказательством.
Папа смотрел на меня цепко, явно впитывая мои эмоции, поэтому пришлось напрячь все силы, чтобы удержать на лице ледяную маску.
Понимала -одно лишнее слово, неосторожный жест и все, ситуация решительно выйдет из -под контроля, ознаменовавшись совершенно губительными последствиями.
В груди заныло.
-Ужин на две персоны? -по прежнему бесстрастно осведомилась я. -На тебя и нашего… гостя?
Юрия я не упоминала -за хозяйским столом прислуге не место. Начальник службы безопасности подкол оценил, но никак на него не отреагировал -умный мальчик, понимает, что при папе свое «фи» в отношении его дочери лучше не демонстрировать.
-Пожалуй, -помедлив, кивнул родитель. -Мариночка, что у нас в меню? -обратился он к горничной, которая собирала с пола остатки расколоченной чашки.
-Медальоны из телятины под брусничным соусом, -отрапортовала прислужница. -Прикажете здесь сервировать или в столовой?
-В столовой, -чуть более резко, чем следовало, отозвалась я, взглядом велев горничной выметаться. -Папа, ты можешь мне объяснить, какого черта вообще происходит? -сделав шаг вперед, я оперлась на поверхность его рабочего стола ладонями, открыто смотря прямо в глаза. -Что это за командировка такая, о которой ты не удосужился меня предупредить заранее? Я три дня пыталась до тебя дозвониться, между прочим!
Папуля мой гневный выпад выдержал с потрясающим хладнокровием.
-Ты, когда к своей матери сорвалась, тоже мне сообщить об этом не удосужилась, -резонно возразил он. -Так что, милая, мое поведение -это результат твоего отношения. Еще вопросы есть?
Дернув углом рта, я выпрямилась, скрестив на груди руки. Так, значит?
Прошлась по кабинету, оценивая быстрым взглядом общую обстановку, поправила выбившуюся из торопливого пучка прядь рыжих волос и с хрустом наступила ногой, обутой в высокий кожаный сапог, на позабытый горничной осколок.
В кабинете после треска раздавленного фарфора повисла тишина -гнетущая, напряженная, разбавляемая только ароматом кофе, дымящимся в чашках, к которому так никто и не притронулся.
Есть ли у меня вопросы, папочка?
О да, разумеется.
-Меня на данном этапе только одно интересует, -я прислонилась плечом к стене рядом с входной дверью, нервно потирая заледеневшие пальцы.
Папа заинтересованно посмотрел на меня, но наводящих вопросов задавать не стал, позволяя мне озвучить имеющиеся претензии.
Ну что ж…
-Почему Глеб в наручниках?
Вопрос повис в воздухе, а я, сузив глаза, смотрела на папу как дикая кошка, готовая к прыжку.
Я готова была стерпеть тот факт, что командировка оказалась лишь предлогом для того, чтобы навести справки и отыскать Бейбарсова.
Готова была смириться, что папа затеял какую -то непонятную лично мне махинацию и притащил отчима в наш дом, выбивая меня из хрупкого душевного равновесия.
Я бы молча проглотила все упреки и претензии насчет моего неподобающего поведения.
Но я совершенно не желала смиряться с тем фактом, что доставлен в мой дом Глеб был явно против своей воли -об этом явственно свидетельствовали его болезненно блестевшие глаза, свежий кровоподтек на скуле и жестко скованные руки.
Ну что же, папа.
Я не знаю, что происходит и зачем ты это затеял.
Но терпеть твой произвол в отношении Бейбарсова я не собираюсь.
И тебе придется с этим смириться -или я не дочь своей матери.
========== 14. ==========
В горле пересохло.