Он нажал клавишу, и экран погас.
Пошатываясь, выбрался в коридор и тут же столкнулся с идущей навстречу Сабриной.
- У меня новости, - сказал он. – Кажется, я знаю, что делать дальше.
- Отвянь, урод, - Сабрина оттолкнула его с дороги и прошла мимо.
Паша недоуменно посмотрел ей вслед.
- Чего это она?
Юн Со ухмыльнулась.
- А ты не помнишь?
- Чего?
- Да, собственно, ничего. Не помнишь, и слава богу.
Глава 7. Воскресенье (6-10)
6
В котле бурлило варево, дымили развешанные по стенам курильницы. С потолка хижины свешивались целые кипы сушеных трав.
Одетая в цветастое тряпье старуха сморщила крючковатый нос и подлила в корыто еще вонючей жижи.
Лежащая в нем Ао пошевелилась.
Скрипнула дверь.
На пороге топтались двое дикарей в медвежьих шкурах с красными повязками.
- Мы пришли, - сказал один из них.
- Гляжу, ты не молодеешь, Целебная Трава, - сказал другой.
Старуха подняла голову.
- А должна?
- Ты же съела вагину молодой ведьмы, - сказал первый. - Теперь твое тело снова должно стать упругим, а твое пузо плодоносным.
- Может, ты ее неправильно приготовила? – предположил второй. – Ты ее сварила? Пожарила? Или ела сырой?
- Да ничего я не ела, идиоты, - не выдержала старуха. – Сожри я хоть десять вагин, все равно мое пузо ничего кроме говна рожать не станет.
- Тогда зачем мы ее сюда принесли? – нахмурился первый.
- Зря напрягались, - сказал второй. – Надо было сделать все там, на месте. Съесть ее глаза и язык – и получить ее силу.
- И вырезать сердце, - добавил первый. – Отомстить за племя. Отдавай ведьму, Целебная Трава. Мы сделаем это сейчас.
Он шагнул внутрь хижины.
- Э, я гляжу вы смелые воины, - усмехнулась старуха. – Но я бы на вашем месте не торопилась.
- Почему?
- Это очень сильная ведьма. Стоит ей открыть глаза, и один из вас превратиться в женщину. Не знаю, кто это будет. Скорее всего тот, кто приблизиться к ней первым. Так что вы сами можете сейчас решить, кто из вас кого будет трахать и чье пузо начнет плодоносить. Получите прекрасный шанс возродить племя. Вы же об этом мечтаете?
Ао застонала и открыла глаза.
Дверь с треском захлопнулась.
Дикарей как ветром сдуло.
Старуха склонилась над ней.
- Тихо, малышка, тихо. Еще рано просыпаться.
Ао обмякла и снова потеряла сознание.
- Можешь выходить, человек с ружьем, - сказала в сторону старуха. – Они ушли.
Хантер выскользнул из-за висящей на распорках шкуры и закинул дробовик на плечо.
- Как она?
Старуха покачала головой.
- Не очень хорошо. Камень разорвал влагалище и повредил матку. Девочка потеряла много крови.
- Ты ей поможешь?
- А я что делаю? – огрызнулась старуха, кивнув на варево в котле и жижу в корыте. – Если это не поможет, то ничего не поможет.
- Я просто хотел спросить, - Хантер замешкался. – Она же отравила все твое племя.
Старуха фыркнула.
- Каннибалы никогда не были моим племенем. Я их лечила, да. Но не имею перед ними никаких обязательств. К тому же девочка защищалась. Я бы на ее месте сделала то же самое.
- Я могу чем-нибудь помочь?
- Конечно. Ты сильно поможешь, если будешь сидеть тихо и не мешаться под ногами.
Снаружи донесся какой-то шум.
Старуха сунула кривой нос в щель между досками.
- Прячься! Живо!
Хантер шагнул обратно за шкуру.
Дверь распахнулась, и в хижину забежали несколько служителей. Один из них заглянул в корыто и проревел:
- Она здесь!
На пороге возникла массивная фигура Баргаса.
- Прекрасно. Долго искать не пришлось, - он посторонился. – Заходите, банкир.
Банкир шагнул внутрь, огляделся, принюхался и брезгливо скривил нос.
- Это что? Логово реконструктора, ушибленного средневековьем? – он скользнул невидящим взглядом по старухе. - Зачем мы здесь?
- Вот за этим, - Баргас указал на Ао.
Банкир подошел ближе.
- О! Да это же та самая рабыня. Молодец, Баргас. Генерал будет доволен. Мы с ней славно повеселимся.
- Обязательно повеселитесь, банкир. Но потом. Сперва я хочу кое-что проверить. Достаньте ее и положите на стол, - приказал Баргас служителям.
Те подскочили к корыту и схватили Ао за руки и за ноги.
- Нет! – вскричала старуха. – Ее нельзя трогать!
Баргас наотмашь ударил ее по лицу, и она отлетела в угол.
Служители взгромоздили Ао на длинный стол, смахнув на пол плошки с измельченными травами.