- Знаю, что не скажешь, - вздохнул старик. – Зря. В любом случае, сегодня ты должен все закончить. Если жить хочешь.
Когда цех, наконец, кончился, и впереди показались огромные стальные ворота, из темноты выскользнула сутулая тень, и процессия остановилась.
- Дальше идти опасно, Старый, - прошелестел разведчик.
- Что может угрожать Истинно Верующим? – сказал старик. – Только адское пламя за потерянную веру. Не бойся.
- Там столкновение. Стрельба. Скоро будут здесь.
Все затихли, прислушиваясь. Из-за ворот действительно доносился едва различимый стрекот автоматных очередей.
- Лучше обойти другой дорогой, - сказал разведчик. – Поверху. Там галереи.
Сидящая над ними на корточках Алина похолодела.
- Нет, - качнул головой старик. – Не гоже нам бежать от сил зла. Мы просто подождем, пока они между собой разберутся.
За стеной громыхнул близкий взрыв. Ворота сотрясло.
- Уйдем в сторону, чтобы не мешать, - сказал старик.
Сектанты свернули и скрылись в узком проходе между многометровыми агрегатами.
Второй взрыв снес ворота.
Их створки, дребезжа, отлетели.
Из заполненной клубящимся дымом тьмы вынеслись с десяток фигур в камуфляжной форме американского спецназа. Двое из них споро шлепнули на стены у проема по взрывчатке и откатились в стороны. Остальные спрятались за ближайшие станки.
- Готовность – ноль, парни, - хрипло объявил один из них, выплюнув жвачку.
- Зуб даю, эти идиоты опять толпой попрутся, - сказал другой.
Все засмеялись.
Издалека донесся нарастающий гул.
- Пасти заткнули! – рыкнул первый и выставил вперед дуло пулемета.
Китайцы выбежали из редеющего дыма плотной гурьбой, вопя, вытаращив глаза и размахивая автоматами, как в дурных китайских фильмах про войну.
Два направленных взрыва снесли первые ряды, разнеся всех в клочья. Басовито загрохотали пулеметы, раздирая следующих. Все вокруг потонуло в стрельбе и воплях.
Толпа китайцев неслась вперед, они толкались, напирали друг на друга и падали под огнем штабелями. Нескольким удалось прорваться в цех, и они накинулись на ближайшего амера, работая прикладами как дубинками, пока точные выстрелы из дробовика не снесли им головы.
Спустя несколько минут все стихло.
Первый, пошатываясь, выбрался в проход и огляделся.
- Отбой, парни.
- Похоже, все китайцы кончились, - хмыкнул другой.
- Не мечтай. Их тут тысячи. Потери есть?
- Да, шеф… Арчи погиб.
- Дерьмо. Еще пара таких боев, и они нас трупами закидают. Быстро уходим, пока остальные не подвалили.
Он повернулся и замер, увидев вышедших из укрытия старика и сектантов.
- А вы еще что за клоуны?
Старик поклонился.
- День добрый, офицер. Мы простые мирные жители. Бредем куда глаза глядят. Ищем истину.
- Можешь считать, что уже прибрели. Насчет мирных жителей у нас, к твоему сожалению, приказ однозначный.
- Шеф, - тихо сказал один из бойцов. – Что-то не припомню во вводной таких мирных жителей. Может, сперва разобраться, кто такие?
- Некогда разбираться. Судя по тряпкам и дудкам в их руках, это какой-то оркестр из аборигенов. Нас встречает. Эй, клоуны! Сыграйте что-нибудь напоследок. А потом не обессудь, дед. Ничего личного. Приказ есть приказ.
- Как скажете, - снова поклонился старик.
Его завернутая в лохмотья стража поднесла к губам свои длинные трубки.
Темные комки вылетели из трубок с едва различимым свистом, ударились о руки и бронежилеты.
Спецназовцев в момент окутало фиолетовое облако.
- Огонь, - прохрипел первый, чувствуя, как немеет тело.
Двое бойцов с трудом сумели поднять автоматы, но одеревенелые пальцы уже не слушались.
- Шеф! Что происходит?!
- Судьба происходит, солдат, - усмехнулся старик. – Твоя судьба. Как ты сказал, офицер? Ничего личного?
Он махнул рукой.
Один из сектантов подскочил к спецназовцам и быстро, одному за другим, перерезал им глотки.
Они еще с минуту были на ногах, заливая все вокруг кровью.
Потом рухнули на пол.
- Вот оно, очищение от скверны, - провозгласил старик. – Железом и кровью. Останутся только Истинно Верующие. Да, дети мои?
- Да, Старый, - протянули нестройным хором сектанты.
- Пойдем уже дальше. Нечего время терять.
- Стойте! – раздалось вдруг сзади.
Старик обернулся.
Алина стояла в дальнем проходе между станками и смотрела на него.
- О! Какая неожиданность. Посмотри, сын. Здесь твоя пухлозадая целочка. Сама пришла. Удивительно.