Черная тень рухнула на Алину сверху, выбила нож. Цепкие пальцы сектанта впились в запястья, заломили руки за спину и поволокли к старику.
Он погладил ее по щеке.
- Какая ты все-таки глупышка, девочка моя. Лезешь куда-то. Носик свой суешь, куда не просят. Такие долго не живут. Впрочем, ты права. Не надо никуда ходить. Здесь все узнаем.
Старик схватил ее за волосы и дернул вниз, заставляя опуститься на колени. Лезвие длинного ножа коснулось ее шеи.
- Ты, сын, меня знаешь. Я пустые угрозы не люблю. Просто отрежу твоей целке голову, а тельце скормлю грибам, как и предполагалось изначально. Если ты сейчас же мне всё не расскажешь.
Авалон Гарт хмуро смотрел на него, не отрываясь.
- Твой выбор, - произнес старик и надавил сильнее.
Алина вскрикнула от боли. На коже под лезвием выступила кровь.
Гортанный приказ донесся из темноты, и в цех плотным потоком вбежали несколько десятков солдат в черно-синей форме китайской морской пехоты. Окружили плотным кольцом сектантов и наставили на них автоматы.
- Не торопись, - послышался насмешливый голос.
Строй расступился, и в круг шагнул коренастый китаец в военном кителе.
- Тебя, старый хрыч, хлебом не корми, дай какой-нибудь девке голову отрезать, - сказал он. - Это какое-то сексуальное извращение? Любовь к безголовым бабам. Подвид некрофилии? У тебя их что, мало в твоем подвале? Не хватает?
Старик опустил нож.
- Фокусник.
- Он самый. Скажи своим доходягам, пусть опустят дудки. Все равно не успеют. Всех покрошим вместе с тобой.
- Гляжу, делаешь успехи в маскировке. Такой толпе пыль в глаза пускать. Мао. Надо же, - старик визгливо расхохотался.
- Не болтай. Времени мало. Отдаешь сынка и бабу. А сам можешь проваливать в ту дыру, откуда выполз.
Фокусник поднял руку.
Двое пехотинцев схватили цепи, удерживающие Авалона Гарта. Еще двое подскочили к старику, отпихнули его в сторону и взяли Алину за плечи.
Старик повалился на спину, смешно дрыгая ногами.
Сквозь строй протолкались банкир и Баргас.
- Спешить надо, - тихо сказал банкир Фокуснику. – Перехват был. Американцы скоро новый налет устроят.
Над строем вновь пронеслись гортанные приказы, и пехотинцы нестройной гурьбой двинулись обратно к воротам.
Старик ухватил за штанину проходящего мимо Фокусника.
- Может хотя бы встать поможешь? – плаксивым голосом попросил он. – Я старый, больной. Мне недолго осталось.
- Это точно, - хмыкнул Фокусник и наклонился к нему.
Старик схватил его руку и дернул к себе.
Игла вошла Фокуснику глубоко в предплечье.
В голове тут же помутилось. Фокусник пошатнулся и с ужасом понял, что теряет контроль.
- Забыл, ублюдок, кто тебя фокусам учил? – прошипел старик ему на ухо.
Фокусник из последних сил оттолкнул его, пытаясь удержаться на ногах.
Ближайшие пехотинцы отшатнулись от него, вытаращив глаза.
- Этот яд действует медленно, - сказал старик. – Отключает контроль постепенно. Поэтому часть твоих китаезов еще видит в тебе Мао. А часть уже нет.
Несколько пехотинцев во весь голос заорали и наставили на Фокусника автоматы. Другие завопили в ответ и накинулись, пытаясь их отобрать.
- Что сейчас будет… - пробормотал старик, ухмыляясь и отползая подальше.
Не известно, кто первый выстрелил. Но через мгновение всё потонуло в грохоте автоматных очередей и воплях. Пехотинцы остервенело убивали друг друга.
Фокусник лежал в проходе и уже ничего не слышал. Только чувствовал, как постепенно отмирает мозг. Его взгляд метался из стороны в сторону, отстраненно наблюдая бойню. Потом выловил наверху едва различимую маленькую фигурку, стоящую на галерее у парапета.
- Проклятая ведьма… - пробормотал Фокусник, когда понял.
Ао разорвала его фотографию на последние мелкие клочки и выкинула обрывки. Они заплясали в воздухе над побоищем, как снежное конфетти.
Дикари в медвежьих шкурах вынырнули из тени по сторонам от нее и взмахнули руками.
Два копья просвистели в воздухе и вонзились Фокуснику в грудь, прибив его к полу.
Он уже ничего не почувствовал.
Глава 8. Снова понедельник (14-15)
14
- Восхитительно. Прекрасно.
Старик бродил среди трупов, стуча посохом, и глупо улыбался.
- Мне этого со времен Вьетнама не хватало. Запах солдатской смерти. Десятки тел на поле брани. Разверстые раны. Дымящаяся кровь. Если бы здесь были стервятники, они бы порадовались.
- Зато ты за всех радуешься, - брезгливо сказала Алина. – Выродок.