Член снова вошел в нее раскаленным колом, на этот раз медленно, наслаждаясь каждым сантиметром только что распечатанной пещерки.
- Я так долго ждал этого. Моя тугая, тесная девочка.
Его руки скользнули выше, сжали талию, смяли груди. Шершавая ладонь смахнула слезы с ее щек.
Наконец, он навис над ней, вдавив ее плечи в покрывало. Член упруго пульсировал внутри, и ей с ужасом показалось, что он становится все больше.
- Скоро все закончится, - шепнул он, разглядывая ее заплаканное лицо. – Просто… - глубже. – Потерпи… - еще глубже.
Еще. Еще.
Он размашисто ебал ее, полностью вынимая и целиком загоняя. Все быстрее и быстрее. Хрипло дышал, ловя отблески боли в ее глазах. Ей должно было быть больно. Ведь иначе бы ничего не получилось. Твердая как камень головка тараном била в ее матку, и каждый раз Алина тихо вскрикивала. Слишком тихо.
- Ори, сука, - рыкнул он. – Ори громче!
Он опустил голову к ее груди и вонзил зубы в набухший сосок.
Она завопила, дергаясь и извиваясь.
- Так, малышка, так, - прохрипел он, довольно ухмыляясь.
Навалился на нее всем весом, вдавливая в кровать. Ладони скользнули ей под ягодицы, приподнимая зад повыше и поудобнее. Широко раздвинутые длинные ноги взметнулись вверх, подрагивая при каждом толчке. Она уже задыхалась. Бешеный темп мешал вздохнуть. Боль накатывала волнами, но она уже отступала, сменяясь удовольствием, и в какой-то момент она со стыдом поняла, что слышит, как все громче хлюпает ее влагалище. Огромный ствол стремительно долбил ее уже без сопротивления, как по маслу.
- Ори, шлюха, - снова прорычал он и с силой вонзил ногти в ее ягодицы.
Его тело уже начинало мелко дрожать, когда над спальней вдруг раздался бой часов.
Стоящие в темном углу древние башенные часы с непонятными символами на циферблате отбивали полночь.
- О, да, детка. Все вовремя. Все как надо.
Он вогнал ствол до упора и замер, содрогаясь.
Тугая струя ударила в матку, снова и снова. Член пульсировал, наполняя вагину.
Дарио еще долго нависал над ней, словно чего-то ожидая.
Потом отстранился. Обвисший член с хлюпаньем выскользнул. Перламутровая жидкость толчком выплеснулась наружу.
- Надеюсь, у нас получилось. Тебе должно было быть и больно, и приятно. Это условия рецепта.
Он оглядел промежность только что выебанной им девственницы с кровью и спермой на половых губах.
И снова навис над ней, всматриваясь в глаза.
- Тебе же было больно и приятно?
Было что-то неправильное в его лице. Что-то такое…
- Тогда продолжим.
… что заставило ее сделать то, что она всегда хотела.
Алина вцепилась связанными руками в его шевелюру и дернула за волосы.
***
Паша убрал смартфон и долго стоял, задумчиво разглядывая лежащего перед ним Авалона Гарта.
- Я могу его ненадолго привести в чувство, - сказал Хантер. – Сможешь его допросить.
- Это уже не обязательно.
- Почему?
Паша присел рядом с Гартом. Провел пальцами по его лбу, подбородку, шее. Нащупал утолщение, зацепил его ногтями.
И рывком сдернул маску, словно вторую кожу.
- Потому что это не Гарт.
***
Парик с треском отделился от черепа.
Алина истошно завизжала, обнаружив его волосы у себя в руках, будто огромное мохнатое насекомое.
Потянувшаяся за париком кожа лохмотьями свисала теперь со лба нависшего над ней мужчины.
- Ну что ж, - усмехнулся он. – Тем лучше. Не люблю цирк.
Его пальцы медленно потянули кожу вниз, один лоскут за другим. Потом сняли накладки с носа и подбородка. Откинули в сторону.
Авалон Гарт насмешливо взглянул на нее.
- Помнишь, я говорил, что буду драть тебя на своих условиях? А ты не поверила. Твой папаша тоже не верил. А ведь я ему предлагал за тебя пятьдесят миллионов. Возмущался, угрожал. Смешной. Я ему тогда сказал, что все равно тебя получу. Так и случилось. Пришлось только убрать его с дороги. Теперь папаша в коме. А ты здесь. У меня. Уже выебанная и готовая.
Она дернулась, с ненавистью глядя на него. Взмахнула все еще разведенными ногами.
Он сдавил ей горло.
- Тихо, тихо. Все позади. Осталась финальная стадия. Ты должна гордиться. Ты последняя составная часть великого изобретения. Последняя из десяти. Дефлор почти закончен. Осталась только ты.
Агрегат за изголовьем кровати вдруг загудел.
Нависающие сверху черные колбы осветились изнутри, и Алина в ужасе завопила, когда разглядела, что находится внутри них.