- Ошибаешься, курочка. Это пропуск в запретный мир. Выход на новый уровень. Без него я подбирал отбросы. С ним получу доступ к более качественной еде.
Она похолодела.
- Я не понимаю, о чем ты говоришь. Какие еще отбросы?
- Всякие. Крестьянки, нищенки, аборигенки. Кто и так никому не нужен.
Он прошел к дальнему концу помещения, туда, где начинался мрак. Его голос звучал оттуда как из бездонной бочки.
- Но я все равно каждую из них помню. Их визги, мольбы, крики. Ужас в глазах, когда они, наконец, понимали, что на помощь никто не придет.
Вспыхнул свет, вырвав из темноты еще одну часть помещения.
Это действительно был то ли тоннель, то ли шахта. За новым кругом света снова начиналась тьма.
Рядом с Ли виднелась чья-то фигура, невысокая, даже ниже его ростом, и сперва Алина решила, что это живой человек, который все это время стоял в темноте и чего-то ждал. Потом она разглядела невысокий постамент и подумала, что это статуя. Когда она рассмотрела фигуру получше, ее сотрясло от ужаса и отвращения.
Это было чучело молодой обнаженной девушки. Ее некогда смуглая кожа была теперь темно-серой. Лицо было скрыто за копной торчащих во все стороны спутанных волос.
- Моя первая, - сказал Ли и погладил чучело по руке. – Из местных аборигенок. Красавица была. Прямо как ты. Сейчас-то, понятно, лучше не глядеть. Таксидермист из меня так себе вначале был. Это я потом уже научился лица выправлять. Там, знаешь, весь секрет в обработке кожи. И составе подкожного слоя, чтобы мясо с жиром грамотно имитировать. Посмотри, мои недавние прямо как живые.
Он шагнул к стене и показал рукой.
Алина забыла, как дышать. Теперь ее даже не трясло.
Она не сразу обратила внимание на эту стену. Видела краем глаза, но подумала, что это какие-то вычурные украшения.
К бугристой каменной стене были прибиты на подставках с дюжину женских голов с закрытыми глазами. Лица ближайших действительно были как живые, от чего становилось еще более жутко. Казалось, что девушки просто спят.
- После первой решил больше не заморачиваться ростовыми трофеями, - пояснил Ли. – Головы на стене тоже смотрятся неплохо. У других охотников головы оленей, медведей. А у меня вот девичьи, - он снова визгливо расхохотался. – Женщина ведь тоже дичь. Даже более ценная.
- Ты больной на всю голову ублюдок, - сказала Алина, когда к ней вернулась способность говорить.
- Почему? – искренне удивился он. – Это же расходный материал. Стадо. Быдло. Все эти крестьяне, дикари, бомжи. Их все равно не считают. Богачи из своих кабинетов давят таких миллионами. Мое хобби ни в какое сравнение не идет.
Он вернулся к ней. Алину снова трясло. Она старалась на него не смотреть.
- Вот вы дело другое. Повыше рангом будете. Я кстати решил. Снова ростовое чучело сделаю. Из твоей подружки. У нее кожа плотная, как у всех латинок. Легко будет работать. А вот на тебя у меня другие планы.
Он медленно провел пальцем по ее груди.
- С тобой, моя милая, я выйду на следующий уровень.
Он дернул рычаг.
Решетка, к которой она была прикована, стала медленно опускаться на очаг. Алина почувствовала спиной разгорающийся жар.
- Меня давно интересовало, что так привлекает в этом клубных богачей. Тех, кто заказывает на обед человечинку. С тобой я решил это узнать. – Он наклонился к ее уху и прошептал: – Я буду готовить тебя медленно. Ты будешь еще жива, когда я начну срезать с твоих ног куски жареного мяса.
Он снова дернул рычаг. Решетка поднялась обратно.
- А пока можешь наслаждаться зрелищем. Я постараюсь устроить настоящее шоу с твоей подружкой в главной роли.
Он вернулся к Сабрине. Подкатил ближе к лежаку металлический столик на колесиках и стал раскладывать на нем приспособления. Ножи, крюки, распорки, цепи, увесистые блямбы на ремнях. Потом пристроился между ее ног, взял длинный продолговатый предмет, похожий на зауженный с одного конца фаллоимитатор, подвел к ее анальному отверстию и резким толчком загнал внутрь на всю длину.
Сабрина завопила, дергаясь в цепях.
- Ты за это заплатишь, тварь, - сказала Алина.
- Все вы так говорите, - спокойно ответил Ли и взял короткий кривой нож.
Алина лихорадочно пыталась вырвать руку из браслета. В теории она знала, что это возможно, если вывихнуть большой палец. Только вот практики не было.
- Эй, - сказал ей Ли не оборачиваясь. – Не греми цепями, отвлекаешь.
Он приставил нож к пояснице Сабрины.
- Сделаю-ка я тебе надрез, толстожопая. Чтобы проще было шкуру потом спускать. И займусь пиздой. Она, должно быть, вся намокла от ожидания.