– Выпьем за удачу! – провозгласил Володя, и они с Гошей чокнулись гранёными стаканами. Оксана на вопросительный взгляд Гоши замотала головой, а Ирина выпила лимонад. – Гога, завтра заедешь ко мне в гараж, возьмёшь шлем и мотоцикл, понял? Рынки свои забрось, здесь тебе больше заплатят. Я говорил уже…
– Да понятно всё, Володь, – серьёзно согласился парень. – Я этого козла в лучшем виде выпасу, – убеждённо сказал он. Должно быть, Оксанина щедрость окончательно покорила его сердце. – Мне только номер «тачки» нужен и краткое описание. Через недельку доложу, где бывает, что делает. Да, я сам-то Максима не видел, мне фотка его нужна. Бритым-то он по морозу хилять не станет…
– Оксана всё покажет, – Владимир разлил спирт, разбавил водой. – Слышь, Гога, ты где болтался три дня? Я тебя искал-искал, блин, нужно было магазин постеречь. Заработать бы мог…
– В Королёве под облаву влетел. В «обезьянник» окунули, – степенно ответствовал Гошка. – Всё бы ничего, да Иринку жалко было. Она голодная сидела, да ещё пацаны неподалёку клей нюхали. Боялась, что увидят её и взрослым скажут. Вроде, пронесло. И выйти не могла – ребёнок мешает. Пришлось мне ментам всю выручку отстегнуть – я в Королёве на станции ящики грузил. Потом с ребятами в «Джунгли» зашли, а там – облава. Теперь Ирка хоть при «бабках» будет, если что. А я завтра со своими попробую стыкнуться – у них у всех мотоциклы. Подороже это всё стоить будет, зато надёжнее. Но не намного, не бойтесь…
– Чего мне бояться!
Оксана посмотрела на часы. Ей хотелось как можно скорее покончить с переговорами и уйти отсюда. Володя же, как она поняла, собирался гостить до глубокой ночи.
Заплакал в коробке Гошка-маленький. Ира, жуя хлеб с принесённым Володей салом, нехотя поднялась с веток, пошла его успокаивать. Тем временем Оксана достала из рюкзачка пакет с фотоснимками.
– Вот эта машина, номер чётко пропечатан. Видишь?
– Не слепой! – Гошка-старший откровенно восхитился качеством снимков, но чувства свои сдержал. – Скрытой камерой фоткали?
– А вот это – сам Виноградов, – продолжала Оксана. – Он может переодеться, но гримироваться вряд ли станет. – На снимке был изображён Максим в обществе Генриха Смулаковского у подъезда в Кузьминках. – И второго, который с ним, если повезёт, проверьте. Мне он тоже нужен. Я назову четыре места, где точно можно засечь Виноградова и Смулаковского. Последний проживает в Кузьминках на Волгоградском проспекте; точный адрес записан на обороте фотографии. Вторая точка – Онежская улица, неподалёку от Головинского кладбища. Сам Максим прописан на проспекте Мира, около Протопоповского переулка. И, хотя это гораздо труднее, желательно проверить дачу в Баковке. Она закреплена за видным милицейским чином, и Виноградов там бывает. Но криминала, возможно, в этом и нет. Просто начальник решил девчонку заказать на ночь…
– Проверим. Ребята помогут, – чётко, по-военному сказал Гошка.
– Завтра утром встретимся, а потом три дня я буду очень занята. Чтобы не было проблем, сразу передам тебе первый взнос. Давай в десять у круглого павильона метро. Я тебе просто отдам конверт, куда вложу триста баксов.
– Идёт! – Усики Гошки задрожали от радостного возбуждения.
– Вот моя визитка. Только не потеряй её, пожалуйста. Тут все координаты, какие могут потребоваться для связи. Предпочтительнее всего звонить мне домой, по вечерам, или на мобильный.
Оксана поднялась со скамеечки, давая понять, что разговор на сегодня окончен.
– Ир, я провожу Оксану, и пожрать куплю заодно. Сегодня мы богатые! – Гошка накинул куртку. – Чего хочешь, всё принесу.
– Колбаски купи, если сможешь, – робко попросила Ира. – И йогурт Гошке – он любит. Клубничный, ладно? А водки не бери больше, хватит.
– Не возьму! – торжественно пообещал Гошка-старший. – Хлеба, чаю и молока пакет. Картошка есть пока. Мы не чердаке-то не варим, сами пожара боимся. Короче, одна бабулька со второго этажа на кухню пускает. Жалеет нас, а Гошку – особенно. У неё же моемся, стираем.
– Молодец она. Вот таким в раю место. – Оксана буквально кожей ощущала радостное нетерпение обитателей чердачного рая. – Володя, вы остаётесь?
– Побуду с Ириной, пока Гога не вернётся. Страшно ей с малым одной, да ещё вечером.
Володя предусмотрительно допил остатки из бутылки и улёгся прямо на кучу веток, сунул под голову скатанную куртку. Ира укачивала младенца, сидя на замызганном матрасе.
– Гога, ты не беспокойся. Со мной не пропадут.
– Спасибо тебе, Володя. Ты, короче, отдыхай пока, а я буду скоро. – Гошка открыл чердачный люк и с ловкостью обезьяны спустился до половины лесенки. – Оксана, вы сползайте потихоньку – с непривычки оступиться можно. А я сейчас карманный фонарь включу. К нему батарейки надо купить. Уже садятся. – Гошка по-джентельменски спустил Оксану на пол, взял под руку. – Пойдёмте осторожнее. Вы где живёте?