— Иди, Эд, — Джейсон покачал головой.
Командир молча развернулся, закрывая за собой дверь. Происходящее казалось Джейсону сном, будто не он сейчас велел Эду убить человека просто так, будто не он уже составил в голове план и не ему предстоит покинуть свой кабинет и Риверкост навсегда. Руки снова затряслись. Он сжал в зубах измятую самокрутку и всё-таки закурил. Теперь всё было решено окончательно.
***
Хизер открыла глаза. Обнаружив над собой зеленоватый низкий потолок, она резко вскочила. Небольшая, на одного человека, палатка тускло освещалась лампадкой. Хизер поняла, что одежду с неё сняли и, нацепив длинную светлую рубашку, уложили на сложенные в несколько раз одеяла. Рядом с ней оставили большую бутылку воды и кружку. Она пожала плечами, проигнорировала кружку и жадно приложилась к бутылке губами. В палатку заглянула девушка, обнаружив, что Хизер не спит, приветливо улыбнулась и вошла.
— Привет, — голос оказался мягким и приятным, — как ты себя чувствуешь? У тебя был солнечный удар, если болит голова — скажи.
Хизер отрицательно мотнула головой, рассматривая девушку, что-то перебиравшую сидя на полу. Лёгкая юбка бирюзового цвета разлеглась на полу волнами, волосы гостьи были собраны в высокий хвост, на плечи накинут лёгкий платок. Она что-то протяжно и тихо бормотала себе под нос. Хизер поморщилась.
— Спасибо, — еле выдавила она из себя. Голос показался до жути хриплым и чужим. — Я себя хорошо чувствую.
— Вот и хорошо, — девушка подняла глаза, — Моё имя Мелисса, а как зовут тебя?
— Хизер, можешь звать Хиз, если хочешь. Ты не знаешь, где моя одежда? — она окинула взглядом палатку.
— Она была очень грязная, порванная в некоторых местах, мы её постираем и заштопаем, потом вернём. Я принесла тебе другую одежду, но сначала нужно помыться, — Мелисса улыбнулась, протягивая небольшую стопку.
— А, — Хизер замялась, — напарник, ну, что был со мной, он в порядке? — ещё не до конца проснувшееся сознание вдруг подкинуло картину гонки и Ника, всего в ссадинах и царапинах. — С ним ничего не сделали? Где он сейчас?
Её охватила странная паника. Она вдруг поняла, что находится в совершенно незнакомом месте, где Ник — не знает, куда идти и как его искать, тоже. Она суетливо сбросила прикрывающее ноги одеяло и попыталась выползти из палатки, но Мелисса остановила её, аккуратно сживая запястье.
— Не нужно никуда спешить, твой мужчина в порядке, он с главой, с Тайлером, не следует пока их беспокоить, ему скажут, где ты, — она качнула головой.
— Это… Он не мой, то есть, — Хизер почувствовала, как лицо начинает гореть, — он мой командир, напарник…
— Не важно, — Мелисса села, скрестив ноги, — ты пришла с ним, а значит, он отвечает за тебя, не стоит делать глупостей.
Хизер не поняла, о чём говорит новая знакомая, она опустила голову, замолчав.
— Не беспокойся, пойдём со мной, приведём тебя в порядок. Мы поможем, ты всё ещё не здорова.
Хизер неуверенно кивнула и последовала за Мелиссой по узкому переулку, уставленному небольшими палатками.
— Почему вы не живёте в домах, их же здесь много, — Хизер вертела головой, пока в глазах не поплыло.
— Живём, но не во всех, в них неуютно, а на освещение и отопление нужно тратить больше ресурсов, чем на шатры и палатки, перебираемся туда только если случаются морозы или долгие ливни, — Мелисса подхватила её под руку. — В домах удобно хранить продукты, вот уж точно лучше, чем под навесом, — он рассмеялась.
— А мы живём… — Хизер не стала договаривать, объяснять Мелиссе, что она, как и другие трейсеры живёт в общих квартирах старого здания Палладиума, не хотелось.
— Мы пришли, догорая, — Мелисса отодвинула плотную ткань, пропуская Хизер в шатёр.
От невысокой и широкой бочки, сколоченной из досок поднимался пар. В шатре была женщина, на вид она была старше Мелиссы. Оглянувшись на гостью, она кивнула на бочку.
— Снимай рубаху и залезай, чтобы ты не потеряла сознание, мы поможем и будем рядом, — она добродушно улыбнулась.
Хизер, чувствуя странное смущение перед незнакомыми женщинами, осторожно опускалась в бочку, стыдливо прикрывая обнажённое тело руками. То, что она чувствовала не укладывалось в голове. В Риверкосте никто не разделялся на женскую и мужскую очередь, никто не стеснялся быстро мыться под холодными струями воды. В комнаты и квартиры никто не заставлял селиться раздельно, просто парни заселялись подальше от «истеричек», а девушки от «вонючих мужланов». Но сейчас, в компании двух женщин ей было и неуютно. Они выглядели по-другому, говорили не так, как она. Их руки порхали над головой, осторожно поливали, и чем-то намыливая волосы.