— Тэхен, я хочу танцевать!
Она успела нажраться и вела себя чересчур вульгарно. Схватив меня под руку, Барбара помчалась в самую толпу, а я лишь успел виновато посмотреть на Монику, которая разочарованно отвела взгляд и скрылась среди людей.
Я должен был послать Барбару на хер, должен был остаться с Мон, но что-то подтолкнуло меня пойти на поводу у пьяной девчонки и отправиться с ней танцевать. Наверное, сыграли старые инстинкты, и я понимал, что с ней у меня есть шансы весело провести ночку — Моника же не позволила бы делать с собой то, что я собирался делать с Барбарой. Ну и мудак же я…
— Тише, детка, ты сейчас упадешь! — я едва успевал подхватывать Барбару, которая еле стояла на ногах и пыталась танцевать. — Ты, конечно, сногсшибательная красотка, но не надо доказывать это на практике.
— Мне так хорошо, Тэхен! — Барбара кайфовала по полной программе. — Давай танцевать!
Усмехаясь, я наблюдал за пьяным угаром хозяйки дома, стараясь расслабиться и получить из этого свою выгоду, но навязчивые мысли о Монике не давали мне покоя. Я постоянно оглядывался, ища ее глазами в толпе, но Барбара заставляла смотреть только на нее и не отвлекаться.
***
Примерно через час сумасшедших танцев я зажимал Барбару в узком коридоре между ванной комнатой и туалетом и пытался залезть к ней под юбку или хотя бы сорвать тонкую майку. Девушка не хотела отходить от алкоголя и все норовила свалиться на пол. Если бы не мое тело, прижимающее ее к стене, она точно валялась бы без сознанки на радость и зависть подругам-гадюкам — таким же, как и сама Барбара.
— Блять, какого хера ты так нажралась? — психанул я, когда девушка повисла у меня на шее. — Я не твой парень, чтобы возиться с тобой!
— Я хочу тебя, Тэхен, — Барбара совершила сотую попытку поцеловать меня, но даже ее язык не мог шевелиться.
— Знаешь, я не извращенец, чтобы трахать пьяную в дерьмину девку, — я отошел назад и увидел, как смеющаяся Барбара сползла по стенке и в следующую же секунду отрубилась, — и не некрофил…
Мне было неприятно смотреть, как неадекватная девушка, нажравшаяся до скотского состояния, валяется на полу в коридоре и спокойно спит, даже не подозревая, насколько ужасно выглядит со стороны. Я бы мог оставить ее в таком положении, но оставшееся во мне приличие подсказывало, что надо отнести это тело в спальню.
Подхватив Барбару на руки, я забросил ее к себе на плечо и потащил на второй этаж. Где именно находилась ее спальня, я не знал, поэтому наугад вышибал ногой двери, заглядывая внутрь. В одной из комнат какая-то парочка придавалась страсти, в другой на кровати валялись пьяные парни и громко храпели, ну а в третьей уже никого не было. Уложив девушку на постель, я стащил с нее туфли, швыряя их на пол, набросил на нее плед, которым было накрыто кресло, и поспешил удалиться не только из комнаты, но и из дома вообще. Ловить здесь мне больше было нечего. Оставалось найти Монику и вместе с ней уйти отсюда. Но прежде я решил немного расслабиться и выпить что-нибудь покрепче (если алкоголь еще остался, конечно же).
========== Глава X ==========
По пути на кухню я искал Монику среди толпы, но мои попытки увенчались провалом — ее нигде не было, и я уже ловил себя на мысли, а не ушла ли она? И это было бы справедливо: я, как конченый идиот, оставил ее одну и пошел развлекаться с пьяной Барбарой. На месте Мон я тоже свалил бы, да еще и обиделся бы в придачу. Ну почему я всегда поступаю как тупая свинья? Что за говно сидит во мне, от которого я никак не могу отмыться? Стало паршиво от самого себя…
На кухне все еще стояли открытые бутылки с привлекательным содержимым. Плюхнувшись на стул, я налил себе виски и залпом опустошил стакан. Затем еще, еще и еще… Но релакс не приходил ко мне. Я все еще находился в странном оцепенении и не мог расслабиться даже спустя четыре стакана чистого вискаря. Что-то тревожило меня, на душе висел груз, и было крайне неспокойно — как будто вот-вот что-то случится.
Напоследок сделав несколько больших глотков прямо из бутылки, я поднялся из-за стола и отправился на поиски своей спутницы, которая была неизвестно где и неизвестно с кем.
Я спрашивал у людей, не видели ли они блондинку в черном платье, но все отрицательно качали головами. Либо они правда не видели, либо им было похуй. Я ставил на второе. Кому какое дело до чужих проблем? Но я не терял надежду: уже с более явным возмущением и раздражением я объяснял пьяной молодежи, и лишь один парень смог сказать что-то полезное.
— Друг, ты не видел девчонку невысокого роста в черном платье? Блондинка, у нее еще такое большое украшение должно быть на шее! — кричал я на ухо какому-то пареньку, пытаясь перебить музыку. — Она должна была сидеть в гостиной!
— Видел, ага! Она сидела там, — он показал пальцем на диван, — а потом ушла куда-то с Ричардом.
— С кем?!
— С Ричардом! Ты его не знаешь?
Мне было похуй, кто такой Ричард. Единственное, что меня волновало, — какого черта Моника ушла с ним и чем они занимались. Я чуть ли не обезумел от услышанного. Поблагодарив парня, я рванул на улицу, как обезумевший муж, расталкивая всех, кто мешался у меня под ногами. Люди возмущенно смотрели на меня и что-то кричали вслед, но мне было поебать. Я мечтал как можно скорее оказаться на улице и проломить башку этому Ричарду.
Пулей вылетев из дома, я начал оглядываться по сторонам. Мои глаза метали молнии, на лице ходили желваки, а пальцы сжимались в каменные кулаки. Ни Моники, ни ее следов не было вообще. Неужели она укатила с этим парнем?! Да быть такого не могло! Она приличная, адекватная девушка! Я нихера не понимал!
И тут где-то за домом послышалось непонятное шуршание. Я замер, навострив уши, и четко смог различить голос Моники. Все, красная тряпка для быка была распущена во всей красе. Буквально через мгновение я оказался на задней части двора и увидел картину, которая обожгла все мое нутро: Ричард, этот мудила, прижимал Монику к стенке дома, пытаясь стянуть с нее платье, а она сама брыкалась, но не могла позвать на помощь, так как мужская ладонь плотно зажала ей рот.
— Ну что ты будешь делать… Какой конфуз, не правда ли, дорогая? — начал я с наигранным весельем, привлекая к себе внимание не только девушки, но и Ричарда. — Все тебя хотят, Мон, все мечтают заполучить, но вот только почему-то забывают, что ты моя девушка. Как нам с этим быть?
Парень медленно отошел от Моники, и та, поспешно поправляя помятое платье, кинулась в мои объятия, но с этим позже. Отодвинув девушку от себя назад, чтобы она спряталась у меня за спиной, я, как затаившийся зверь, двинулся в сторону охуевшего козла.
— Она твоя девушка? — спросил он удивленно, и я готов был поклясться, что в его глазах блеснули искорки страха. — Извини, чувак, я не знал. Она сидела одна, и я подумал…
— Тебе не надо думать, чувак, — передернул я его, — животные обычно не думают, ибо нечем. Даже если она сидела одна, без парня, это дает тебе право вытаскивать ее на улицу и насиловать?
Оказавшись вплотную к этому козлу, я схватил его за воротник рубашки и резко дернул. Во мне проснулся самый настоящий гнев, устранить который можно было лишь отбойной дракой. В эти секунды я вспомнил Джона, вспомнил Джима, мистера Беррингтона, Джеймса и Саманту, которая испортила жизнь своей дочери… Навалилось все и сразу, и чтобы выплеснуть скопившийся негатив, я ударил Ричарда по лицу. Парень схватился за ушибленную челюсть, падая на землю. Моника вскрикнула и потянула меня за рукав куртки, но я дернулся и шикнул на нее, чтобы не мешалась.
— Я же не знал, что она с тобой, мать твою! — заорал парень, потирая место удара.
— А мне похуй, знал ты или нет. В любом случае ты не должен был приставать к ней, — процедил я с нескрываемой злостью и нанес еще один удар — на этот раз ногой и прямо по почкам. — Хотел вставить в нее свой поганый член, распустить мерзкие ручонки?! Хер тебе по всей морде, она моя!
Я не знал, говорил я все это специально, чтобы произвести на него впечатление, или давал волю своим потаенным мыслишкам, но доказывать, что Моника моя девушка, мне очень даже нравилось. Я смотрел с пренебрежением, как Ричард стонет и корчится от боли и мечтал ударить его еще разок, но неожиданно он встал, намекая, что желает продолжить драку и отстоять свою честь.