Но звери оживились, стаи негромко переговариваться, Чак шумно облизывался.
-Это что, и есть ручей? - спросил Красноцветов.
Дзен отбросил последние горсти серой, высохшей сверху и влажновато-глинистой внизу земли, сказал печально:
-Да это ручей. По приказу Мясника все водяные источники загнали в подземные коммуникации и выдают нормировано раз в два дня.
-Ко второму дню вода почти всегда загнивает, - вставила Дося.
-А все коммуникации сосредоточенны у него во дворце. Говорят, там даже есть бассейн. Мы собаки, а не кошки, мы любим воду... К счастью, в нашей среде есть работники коммунальных служб, которые и указали на резервные краны.
Красноцветов потрясенно кивнул. Ему представлялись километры и километры водопроводных труб, что тянулись под этой черно-белой землей.
-Все-таки мы не одиноки в нашем деле, - произнесла Альма, - и этот источник, лишнее тому доказательство.
Дзен кивнул, аккуратно ухватился зубами за кран, и пошел по кругу поворачивая ржавую ручку. Теперь стало понятно происхождение многочисленных вмятин на поверхности старого водопроводного аксессуара. Кусали его не раз и не два.
Усилия Дзена скоро были вознаграждены - с глухим рокотом из-под земли вырвался настоящий фонтан, несущий комья земли и хвою, остро воняющий железом, который повис в воздухе водяной пылью, породив маленькую черно-белую радугу.
Подождав, пока не заполниться естественная выемка в земле и не образуется маленькое мутное озерцо, животные начали пить. Кто чинно и спокойно, кто устало и замедленно, а кто (Чак) шумно и с нетерпением. Красноцветов остановился на берегу прудика и посмотрел в колышущуюся воду - оттуда на него печально глядел серый бородатый эрдель, который, впрочем, был удивительно похож на Алексея Сергеевича. Собачья эта морда удивительным образом переняла многие человеческие черты Красноцветова, так что с самоидентификацией проблем не возникало.
После того, как все напились и блаженно развалились в теньке, Дзен завернул кран обратно. Алексей мрачно глядел, как желанная влага впитывается обратно в сухую почву. Дзен перехватил его взгляд, сказал:
-Так надо, берем понемногу, иначе на подстанции заметят утечку и пришлют патруль.
Фонтан иссяк с негодующим клокотанием.
-Если ручьи звенят в трубах, - сказал Красноцветов, - то беспечно пасущаяся дичь...
-Беспечно пасется за решеткой в зверофермах Мясника, - окончил за него Дзен.
-Теперь я, кажется, понимаю, почему вы отправились в свой поход, - сказал Алексей Сергеевич и со стоном воздел себя на лапы.
Ближе к вечеру тракт расширился и пахнуло далеким жильем. К этому времени все уже выбились из сил и едва тащились. Больше всех утомились коротконогая Дося и массивный, не склонный к быстрому передвижению Дзен. Мелкий Чак, напротив, топал как заведенный.
Патрулей больше не попадалось, да и вообще тракт казался опустевшим. Дзен сказал, что основное население живет подле дворца Мясника, там, по крайней мере, не бывает перебоев с водой.
В какой то миг дорога пошла в гору, миновала пахнущее вереском и паутиной редколесье, и миг побалансировав на вершине холма, побежала вниз. Звери же на гребне остановились.
-Собачий хутор, - сказал Дзен, - нам повезло, я думал, не успеем до темноты.
Красноцветов смотрел вниз на нелепое сооружение, которое и являлось постоялый двором. Чем-то оно напоминало соты, по недомыслию скрещенные с колонией птичек-ласточек или чижей. А технократ, несомненно, нашел бы аналогию в многоэтажном гаражном комплексе.
Только на огромной, лысой, вытоптанной, проплешине роль гаражей исполняли будки. Типичные и очень характерные собачьи домики теснились рядом друг с другом, выстраиваясь в идеально правильный строй. Меж ними образовывались какие то свои улочки, переулки и тупички. В данный момент плотно забитые разношерстным собачьим стадом. Будки были совершенно одинаковые и безликие - по аналогии с гостиничными номерами.
Дух от хутора шел потрясающий. Был он похож на запах тракта, но если тракт был серый, вымерший, тот тут запахи были живые и яростные, смешивающиеся в одну крикливых расцветок, массу. Из-за этого двойственному зрению Красноцветова казалось, что проулки ярко освещены.
С тревогой он отметил, несколько черно-багровых теней мелькнувших в общей, пахучей, массе и указал на это Дзену. Тот качнул головой:
-Не страшно. Тут такой фон, что легко затеряемся.
Они спустились вниз, и следуя за своим вожаком начали пробираться сквозь нелюдскую толпу. Красноцветов отметили, что животные в основном отощавшие, с выпирающими из-под тусклой шкуры ребрами. Но не грызлись, даже не высказывали неудовольствие, когда толкались и налетали друг на друга. Неожиданно утратив возможность обонять в этом смешение запахов, Алексей, чуть было не потерял своих спутников. Испуганно стал оборачиваться - собаки были везде, светло-серые, темно-серые, черные. Только очень сильные эмоции, а, следовательно, и запахи могли прорваться, через общий благоухающий фон.
Красноцветова нашла Альма и легонько куснула за холку - не отставай!
Судя по всему, Дзен хорошо ориентировался в лабиринте собачьего хутора. Не прошло и четверти часа, как он вывел команду на окраину, и, остановившись подле будки-коттеджа с номером 256, стукнул в дощатую стену.
Из пахнущей псиной тьмы будки возник потрепанный фокс с седой, клочковатой бородой. Увидев группу, он комично вытаращил, глаза, но совладал с собой и даже не стал испуганно оглядываться в поисках патруля.
-Мы пришли, - сказал Дзен.
-Я вижу, - пробормотал Фокс, нервно переступая лапами, - все готово. У нас переполнено, но для вас... для вас всегда найдется! Вы не бойтесь.
-Еда, питье? - спросила Альма, - патруль догадывается.
Фокс прижал уши. Пахло от него страхом:
-Воды нет, два дня как выдали пайку. Уже все выпили! Но кролик есть, старый, правда...
-Давай!
Фокс засеменил сквозь толпу, короткий обрубок хвоста его понуро висел. Видно было, что пес до икоты боится.
Конуры ими нашлись опять же на окраине. Но удобные - стояли радом друг с другом. Животные стали размещаться в своих одноместных будках, устало вздыхая. Фокс торчал рядом и выкладывал местные слухи:
-Ищут вас. Мясник знает, скоро по провинциям разошлют описания. Запах они ваш найти не смогли... повезло.
-Уничтожили? - быстро спросил Дзен.
-Красный перец... - сообщил фокс и вздрогнул.
На мордах собак отразилось искреннее отвращение. Красноцветов оглянулся на Альму:
-Не пробовал? - спросила овчарка, - повезло. Ядерная смесь дышать ей все равно, что нюхать горящий напалм.
У себя в будке Красноцветов нашел травяной матрас, пропитанный чужими выделениями, да ржавый кран без вентиля. Что торчал аккурат из центра торцевой стены. Под ним обнаружилось треснутое деревянное корытце, абсолютно пустое и вылизанное до блеска легионами чужих языков.
Возможно, это и был комфорт по-собачьи. Рожденный человеком Алексей Сергеевич тяжело вздохнул и вышел в вечереющий день.
Фокс принес кролика. Посмотрел на одинокую пыльную тушку и сказал:
-Не поверите, всем коллективом собирали. Нам ведь для движения ничего не жалко, вы не думайте. Душой мы всегда с вами, - он огляделся и, понизив голос до еле слышного шепота, тявкнул: - долой мясника! Долой!
Звери понуро рассматривали товарищескую помощь. Кролик выглядел неважно. Начать хотя бы с того, что он мертв уже недели две. Кроме того, приходилось признать, что умер он, скорее всего, от голода.
-Ну что ж, - вздохнул Дзен, - нам хороша любая помощь. Мы признательны.
Фокс подобострастно закивал, вздымая пыль и чужие ароматы, еще раз, дурея от собственно смелости рявкнул "долой Мясника!", и поспешил оставить их - в улочку вывернул патруль.
Красноцветов смотрел, как лощеные псы проплывают мимо - ровным, самодовольным строем. Глаза горели, ноздри жадно раздували и ловили миллионы окрестных запахов. На дохлого кролика даже не покосились - были сыты.