Едва скрылась за поворотом машина Валеры, Вика тяжело вздохнула, будто несла на себе что-то тяжелое. Да, на душе у нее был тяжелый камень – она чувствовала, что творит совсем не то, что надо. Ей было стыдно за то, что она Валеру, можно сказать, использовала, хотя он действительно еще недавно просил ее позвонить, если она надумает с ним поужинать. Он, конечно, ей друг, очень хороший друг, но она его не любит. А вот его чувства с годами похоже не угасли, и это только усугубляло ту ситуацию, в которую она угодила.
В довершение ко всему, Костю, похоже, никак не отвергло то, что она практически прямым текстом дала ему отворот-поворот. Нет, он тоже сегодня дома не сидел, ездил в гости к Милене.. да, она не выдержала в тот момент и подслушала, как он разговаривал с ней по телефону. Но его поступок там, на светофоре... Да, конечно же она узнала его Вольво и его самого узнала.. трудно было не узнать! Так вот, его немного ребяческий и легкомысленный поступок говорил лишь о том, что он бесится, злится. Ах, Костя, он еще не знает, за что на нее на самом деле нужно злиться...
- Вечер добрый, – словно гром среди ясного неба, раздался сверху знакомый голос с незнакомыми доселе металлическими нотками, от чего Вика вздрогнула.
На их лестничной площадке, прислонившись спиной к дверному косяку и скрестив руки на груди, стоял Константин, пронизывая ее насквозь полухолодным-полураздраженным взглядом темно-серых глаз, от которого становилось не по себе.
Та самая рубашка.., – внутри у нее медленно зашевелилось что-то медленно раскаляющееся и жалящее.
То самое платье.. лилии.., – он почувствовал, как внутри у него все начинает закипать от нарастающей злости...
- Я бы сказала, что уже ночь, – Вика ответила как смогла спокойно и сухо, выпрямив спину и сделав невозмутимое лицо, поднимаясь по лестнице.
- Что ж, смею надеяться, что ваш вечер прошел хорошо, раз вы ночью возвращаетесь, – он понимал, что еще немного, и он сорвется, и невозмутимое лицо Вики этот процесс лишь ускоряло.
- Впрочем, как и ваш, – только не надо думать, что его поездку к Миле она приняла с радостью, и это она остро прочувствовала, говоря эти слова. – А кстати, зачем это вы тут стоите? Кого-то ждете?
- Я? – картинно усмехнулся Николин. – Да, пожалуй жду. Когда моя любимая сестра либо проснется, либо хоть на секунду снимет наушники и отопрет дверь, – для убедительности он легонько стукнул кулаком по двери, хоть и знал, что Галя обычно не запирает во время его отсутствия.
- Неужели вас так долго не было, что Галя уснула, вас не дождавшись?
Ну все, эти взаимные дурацкие подколы ему осточертели!
- Вика, что вообще происходит, ты мне можешь объяснить?! – в порыве гнева он и сам не заметил, как вновь перешел на “ты”, особо не следя за громкостью своего голоса, да еще и круто развернул ее за плечи лицом к себе. – Я ничего не могу понять!
- Что происходит? – подернув плечами, освободившись от его рук, она почувствовала, что ее уносит и как у нее натянуты нервы. – Все элементарно! Между нами ничего не может быть, ничего!
- Кто тебе это сказал?!
- Сама осознала, и вовремя...
- Ага, – нервно усмехнулся он, – значит, еще вчера ты меня хотела поцеловать и давала держать себя за руку, а сегодня уже холодна, как лед, да еще и уезжаешь на вечер с другим! Нашло озарение?
- Называй это как хочешь, – Вика едва держалась, чтобы не расплакаться.
- И все равно объясни, прямо по пунктам, – Николин скрестил руки на груди.
- Мы с тобой слишком разные, это раз, – Вика призвала на помощь все запасы своего самообладания. – Мы с тобой мало знаем друг друга, это два. Мы из совершенно разных городов, разных миров, это три.
Николин слушал ее, широко распахнув глаза, и думал, что либо он сошел с ума, либо она...
- Ты все сказала? – уже тихо, голосом чуть с хрипотцой спросил он, уставившись на нее, не мигая.
- Нет, не все! – Вика чувствовала, что держится из последних сил. – Мы из совершенно разных кругов общения и родов занятий, это четыре. И пятое, я тебя..
Мгновение, вспышка, и вот он уже крепко прижимает ее к себе и целует, не дав договорить. Надо ли говорить, что оборона крепости рухнула в один момент, даже не начавшись, и Вика гарантированно обмякла к его руках. Она не сумела найти в себе сил хоть как-то сопротивляться. Да и не хотела! Зато ничто ей не помешало выронить из рук букет остро пахнущих белых лилий, подаренный Валерой, ответить на сначала же нежный, а потом страстный поцелуй с той же долей чувств, а еще обнять одной рукой его за шею, а вторую руку запустить в его густые каштановые волосы, от чего, кстати, он почувствовал очередной разряд тока по всему телу и только крепче обнял ее за талию и плечи.
Ну вот, успела подумать Вика, у которой аж в глазах потемнело, а в голове началось полное затмение, пыталась бороться с самой собой, но Костя оказался сильнее. Она даже и не попыталась его оттолкнуть. И не хотела! Нет, от самой себя и своих чувств не сбежишь. Как видимо и от судьбы. И похоже это тот случай, когда надо сдаться... Может девочки и правы были... Какая там теперь борьба с чувствами! Она его любит! И глупо это отрицать... Он ничего не узнает! Она его любит! И он ее тоже! Ммм, Костяя...
Тем временем дорвавшиеся наконец-то друг до друга влюбленные и не думали о том, что за ними наблюдают аж с трех ракурсов! Им совсем не до этого было! Через дверные глазки, блестя глазами, на них жадно смотрели девочки, и каждая по разному и с разными мыслями.
Женя глядела на эту картинку с умилением и облегчением. Похоже странности, слава Богу, закончились, и наконец-то Костя с Викой дошли хоть и не до окончательного совсем, но некого пролога хэппи-энда, как бы глупо это не звучало...
Полина была искренне рада что за Вику, что за Костю, и наслаждалась красотой момента, похожего на кадр из кино. Да-да, именно из кино. Она не знает, что у них там сегодня произошло, если вечер они провели врозь с другими людьми, но главное, что сейчас у них все замечательно... И да, она уже окончательно и официально с доброй улыбкой распрощалась со своим несостоявшимся чувством к Косте, вдыхая наполнивший комнату аромат скромного букета алых роз, подаренного сегодня Денисом. И слава Богу, что оно не состоялось...
Лида чуть до потолка не подпрыгнула и едва удержалась, чтобы не заорать в голос, когда увидела, что Костя поцеловал Вику. В башке промелькнула параллель с ощущениями матча, когда наконец-то твои забивают шайбу, а ты вскакиваешь и орешь вместе со всем Ледовым... Ай да Костя, ай да молодчик! Респектище! Взял и поцеловал! И все! Нет проблемы! Мужик! Какой он все-таки умный! И какой красавчик во всех смыслах...
Галина реакция была схожа с Лидиной. Она тоже едва не крикнула “ГООООЛ!!!”, едва только произошел Костин дерзкий, но эффективный и эффектный во всех смыслах маневр. Ха-ха! Ай да ухарь, ай да хват! Она в своем брате не сомневалась! Мо-ло-деец! И теперь Галка, едва сдерживая желание подпевать в голос, безудержно и энергично танцевала нечто среднее между лезгинкой и элементами фигурного катания под лихую песню у нее в наушниках, которую она готова была слушать вечнооо:
“Я по жизни загулял,
Словно в темный лес попал! Я по жизни заблудился! Я наверное пропал! Я по жизни загулял, Словно в темный лес попал! Я по жизни заблудился! Я наверное пропаал! Я пропал!!”.
Никто не пропал, теперь-то все наоборот ши-кар-ноо!!! Аааа, она бы еще сутки без остановки так плясала! И жалко, что на ней нет каблуков. Дробь ногами была бы звучнее! Эээ-эх!!
Но тут за дверью раздались голоса, видимо поцелуй закончился, так что Галя поспешила столь же лихо, как она сейчас танцевала, катапультироваться на диван (благо, она уже была в пижаме), накрыться с головой простынкой и прикрыть глаза, естественно отключив наушники и прислушавшись к каждому шороху...
Где-то через час ее слух уловил сопение с соседней кровати, и она, аккуратно приподняв край простыни, хитро и осторожно выглянула из своего укрытия.