Уже потом, проезжая на обратному пути отсюда, я задумалась о том, что надо было бы прихватить с собой нож, но пока шла до гор, меня интересовала только одна цель - белый сияющий шар. Периодически мне казалось будто я слышу голос, шепчущий: "Близко, Селена, совсем близко", - но я списывала это на свистящие завывания ветра.
План мой рухнул, как только я подошла к снежным горам. Где-то метрах в ста к востоку тут должна была быть ледяная река, но даже если я её найду, то в белом открытом платье в качестве экипировки я не пройду и километра. А кристальная пещера находилась по легенде ровно на середине высоты всей горы. Там, где встречаются границами снег и камень. Но ведь сдаваться не хотелось так отчаянно!
Повздыхав, я решила попробовать обойти самый скалистый участок горы, к которому мне повезло подобраться, может, какая-нибудь тропка там найдётся. А нет - так пойду на запад и словлю попутку. С этими мыслями я отправилась в обход. Сначала шла вдоль, а потом чуть свернула вглубь высот, прячась за старенькими елями. Они были совсем не похоже на ели из моего сна: кривоватые и низковатые, - но от холода опять же, как никак, укрыли.
"Близко, Селена, ты совсем близко!" - раздался вновь шёпот воздуха.
В лицо подуло крупинками снега, и мне пришлось растирающими движениями согревать щёки. Ветки, казалось, начали трещать громче, и стало как-то не по себе. Меньше задумываясь о всяких страшилках, я намеренно ускорила шаг. Это и было моей ошибкой, я так неслась прочь от надоевшего шёпота, что не заметила небольшой углублённый отток ледяной реки - ещё не сияющий, но уже с маленькими кусочками льда, плавающими в воде. Шаг, ещё один, и я с громким воплем оступилась, нелепо взмахнув руками. Наверное, я бы раскроила себе череп, не меньше, если бы не пойми откуда взявшаяся золотая нить, обхватившая меня за талию и дёрнувшая в чьи-то объятья за секунду до падения.
- О-оп! - провибрировал голос где-то надо мной.
От порыва претвориться мёртвой пришлось отказаться. От мысли, что это может быть Берт - отмахнуться. А подозрение, что это мог быть враг, проигнорировать просто так не получилось. Я быстро нащупала умещающийся в ладони камешек, проверяя подушечкой большого пальца его на остроту, и, изловчившись, со всей силы развернула корпус, выронив драгоценный мешочек и стряхнув с себя ненароком тёплый плащ.
Удивительно красивое мужское лицо наблюдало за тем, как я дрожащей рукой приставила к тёплой шеи нож. Ярко-голубые глаза и золотистые волосы, что чуть завивались локонами, а потому были зачёсаны назад и по объёму своему напоминали меховую шапку. Распознать в нём декаду Солнца не составило труда, а вот оторвать взгляд от голубоватых вкраплений радужки - ещё как.
- Ого! Полегче, девочка! - возмутился парень, смешливо улыбаясь. Похоже, такую дерзость он встречал впервые, - Ты...как сюда вообще попала?
Я не знала, что говорить. Да и уместны ли слова? Теперь он не выглядел таким опасным, а я всё так же держала остриё у его горла. Впрочем парня это, по-моему, ни капли не пугало. Я наконец-то смогла перевести свой взгляд от его лица ниже, к плечами и рубахе, и испуганно сглотнула.
Белая качественная ткань была расшита золотыми нитями. Они завивались в орлов и ястребов. Декада Солнца издавна считалась королевской. Соответственно цвет обмундирования и семьи монарха Торфилда - золотой. Может, они избрали солнце главной декадой и своим символом, потому что могли видеть его и понимали, чему поклоняются или хотя бы что уважают. Нам же было сложно объяснить им явление других планет, сложно было объяснить про Вселенную и мир, про то, что они должны были узнать только через несколько столетий.
Как бы ни было, всё в этом молодом человеке указывало на то, что я угрожаю расправой королевскому травнику. Ох, покровительница, убереги меня от казни! Если сами травники разделяли себя на высших и низших условно, то король - очень даже серьёзно! Своих придворных травников он берёг, как зеницу ока, особенно солнечных! В нашем селение солнечных не было, и я их до сегодняшнего дня не встречала. Были они особенными или нет - мне знать не дано, но декада Солнца на новоприбывшую душу травника выпадала очень редко, и их почти сразу забирали в королевские. Вот же! Попала...
Всё это в голове у меня пронеслось с ошалевшим глазами. Я уже представила, как сейчас он влепит мне пощёчину, закричит на всю округу что-нибудь про покушение, меня схватят королевские стражники и отвезут в тюрьму или сразу на эшафот. Однако парень всё продолжал улыбаться, и только когда глаза прошествовали от моего носа до орудуемой ладони, его взгляд едва заметно потемнел. Правая рука с перевязанным золотой плетью - вещицей, что спасла меня от нелепой смерти в горах, - запястьем докоснулась до моего кулака, и я сильнее сжала в ладони камешек, раня кожу об обточенные временем и погодой края.