Я невольно засмотрелась на собственные же волосы. Сколько раз мне говорили, что это особый пророческий знак. Может быть, даже не самый удачный, предвещание плохого события или печальной судьбы. Но никто...хм...не рассматривал окрас моих волос с такой точки зрения.
Попусту сидеть и краснеть не хотелось, так что я заговорила, когда он закончил с шеей:
- Легко приукрашать чужую внешность, когда у самого такая шевелюра, - и я обвила в воздухе его голову, как бы намекая.
- Как и всех солнечных, - согласился парень, - Но много ли лунных ты видела похожих на себя? Это символ неоднозначности, Селена, ты сочетаешь в себе тьму и свет.
На это сказать было нечего.
- Пора рассказать, - попросил Генри, отходя к невысокой тумбочке и наливая по чашке молока.
Его я приняла как божественный дар - так сильно хотелось пить! Молоко было свежим и тёплым, самое то в холодную ночь. О вопросе парня я задумалась: нужно ли рассказывать ему то, что я видела детально? Или описать в двух словах?
- Селена, - позвал Генри, и снова на его лице было это выжидательное выражение. Ну, что тут скажешь?!
- Ты не поймёшь, - заверила я, - Даже я я не всё понимаю...
- Вполне логично, что ты считаешь, будто поисковик способен разбираться в своих снах, а обычный травник - нет, - согласился Генри.
Ага! Особенно такой профессиональный поисковик, как я! Аж тошно, насколько легко они мне поверили...
- Но не преуменьшай мои знания, девочка, - тем временем продолжал разглагольствовавать парень, - Они намного шире твоих, взять хотя бы...
- Только всезнайку из себя не строй, - мягко попросила я.
- Всё-таки сомневаешься во мне. Сомневаться в старших - не культурно, Селена.
- Ох, прям старейшина! - закатила я глаза, - Сколько тебе? Двадцать три? Двадцать четыре? - запальчиво крикнула я.
Парень откашлялся, не ожидая, что будет так нагло перебит, и мне самой стало не по себе от своего поведения.
- Двадцать два, - пробормотал он, а я смущённо ойкнула, - Да какая разница? Дело не в возрасте! Я дольше тебя здесь, я знаю больше! В конце концов, перед кем легче выложить всю правду, передо мной или перед Брайаном?
- Перед тобой, - тут же выпалила я.
- То-то же, - победно улыбнулся парень, вставая напротив меня, - Ну!
- А что я могу объяснить? - возмутилась, складывая руки на груди, - Я должна была увидеть лунный камень! Я всегда его вижу, а теперь какие-то цветы!...
- Это может быть другой артефакт, который тебя сбивает, - покачал травник головой, - Может, нам стоит переместиться, чтобы тебе было легче. Так что, как видишь, ты многое смогла себе объяснить...с помощью меня, - нескромно добавил. Только вот не было это похоже на хвастовство, просто сухая констатация факта.
Я мяла в руках тяжёлое одеяло, которым Генри предусмотрительно меня укрыл, кусая в нерешительности губу. Я смотрела то на него, то перед собой. Он замечал мои метания, но не торопил. В тот раз я так и не сказала ему про шёпот покровительницы. Я ещё не скоро рассказала ему о подсказках, что посылает мне тихий женский голос. Вместо этого спросила насущное, но для себя неожиданное:
- Скажи, Генри, - подала я голос, видя, как он снова уселся за рукописи, что-то размашисто записывая, - Тут неподалёку есть какая-нибудь деревня? Может, здесь живут полярные травники?
Парень замер с пером в руках. Его глаза уставились в одну точку на карте. "Какую-то конкретную точку," - догадалась я.
- Почему ты спрашиваешь? - поинтересовался он, не поднимая головы.
- Эээ...ну...
- В твоём сне было ещё что-то необычное? - не стал дожидаться Генри.
Я вылупила на него глаза. Стал бы он спрашивать, если бы ему ничего не было известно? Он не стал бы.
- Ну...-всё ещё не приходило мне в голову ничего достойного. Одеяло совсем измялось, и из-за смятения хотелось закрыться от парня волосами.
- Мой ответ зависит от твоего, Селена. Тебе кто-то снился?
Удивительно, как этому парню удаётся звучать так спокойно и одновременно так угрожающе. Он не поднимает голос, не сжимает кулаки, не сметает всё вокруг, просто использует ту самую интонацию, подвластную не каждому правителю. Ну, знаете, эту "Тебе лучше не связываться со мной, человечишка" - интонацию.
Я сглотнула.
- М-может быть.
А вот тут он разозлился. Встал, лёгким движением откидывая от себя карандаш и перо, едва чернильницу не задел, но не обратил никакого на это внимания.
Когда солнечный посмотрел на меня, в голубых глазах отражалось раздражение в перемешку с недоумением.
- Что за игры, девочка? - строго спросил он, - Ты думаешь, что я буду водить вокруг тебе хороводы, добиваясь правды? Либо ты говоришь всё на частоту, как есть, либо...