Пульсирующая светящаяся сердцевина разрасталась и опускалась.
Она коснулась города.
Плоть и мрамор расплескались по улицам.
Схватившись за тела двух самых дорогих ей мужчин, Барбара стояла на коленях среди обломков библиотеки. Город вокруг неё был разрушен. В пустых оболочках зданий угасал огонь. На разбитых улицах лежали полурасплавленные тела.
В воздухе висел дым, он раздирал её горло. Она уже не могла плакать, не могла ничего чувствовать; онемевшее существо в форме женщины, у которого не было голоса, чтобы закричать, не было сердца, чтобы что-то чувствовать.
Она была ничем. Пустая оболочка. Её сознание было на краю безумия. Её терзало чувство вины. Она не могла его больше терпеть.
... моя вина, это всё моя...
На время, которое одновременно и не было временем, и было всеми временами, она опустилась на колени, окружённая руинами. Тела, которые она обнимала, медленно остывали.
Затем рядом раздался звук. Ракотис.
Она обернулась, выронив тела, и бросилась на пришельца. Отчаянно прижалась к живому, когда уже не верила в то, что что-то ещё могло жить.
Ничего не сказав, пришелец прижал её к себе.
Через мгновение она услышала шаги, и стук деревянной трости по каменным обломкам.
— Я так и подумал, что найду вас тут.
Голос был знакомый, одновременно старый и молодой, он воодушевлял и успокаивал. Барбара обернулась.
— Доктор, — прошептала она. — Птолемей мёртв. Йен мёртв. Это моя вина. Я изменила историю. Я изменила мир.
Доктор прикусил губу. Опёрся на трость. Подождал.
Тишину нарушил Ракотис:
— Вина не только ваша, — тихо сказал он. — Мы оба виноваты.
Барбара умоляюще посмотрела на Доктора:
— Я никогда вас ни о чём не просила, — прошептала она.
Доктор не ответил.
— Пожалуйста!
— Мне запрещено вмешиваться. Запрещено!
— Мы оставили Сьюзан в будущем, — тихо сказала Барбара. — В будущем, которое я изменила. Что с ней будет, если вы не вмешаетесь?
Доктор отвернулся, но Барбара успела увидеть гнев на его лице. Он начал говорить. Остановился. Вынул из кармана книгу. Маленькая книга, ничего особенного, переплёт из кожи и ткани.
— Это книга, которую я взяла у Аристотеля, — тихо прошептала она. — Восемь лет назад.
— Аристофан нашёл её мне во дворце. Эта... книга, как вы её назвали, это вовсе не книга. Её сюда доставили из двадцатого века этой планеты. Но даже и там не настоящее её место.
— А где?..
— Она из библиотеки на моей планете. Я ещё не понял, как она попала на Землю, но не это важно. Важно то, что Аристотель добыл её для библиотеки, воспользовавшись транс-временной архитектурой, которую Ракотис установил для путешествий в будущее.
Он помолчал.
— В чём бы ни была ваша вина, всё, что сегодня тут случилось, связано с этой книгой, а через неё — с моим народом, — он глубоко вздохнул. — И поэтому я могу предложить решение. Лишь частичное решение, и дорогое... но всё-таки решение.
Он снова замолчал на какое-то время, и Барбара услышала, как среди обломков потрескивает огонь.
— Время очень опасно, — тихо сказал он. — Им можно манипулировать только ценой полной ответственности.
Он раскрыл книгу. Барбара задрожала:
— Что вы сделаете?
— Я ничего не сделаю. Это можете сделать вы и Ракотис, — он вручил ей книгу. — Перед вами выбор. Продолжать жить дальше, смириться со всеми случившимися смертями, научиться жить в мире, который вы сами и создали. Или... — он не решался. — Воспользоваться этой книгой, чтобы отменить всё, что тут произошло.
— Я выбираю воспользоваться книгой!
— Моя дорогая, имейте вежливость дать мне закончить. Даже у моих соплеменников мудрость имеет свои границы. Это решение дастся не даром.
— Что вы имеете в виду?
— Я знаю лишь то, что весы времени должны быть сбалансированы. Что же касается остального — книга знает. Теперь вы должны сделать выбор, — и он отвернулся.
Барбара всё ещё не смотрела в книгу. Вместо этого она посмотрела на Ракотиса. Ему тоже придётся заплатить.
Если воспользоваться книгой, Птолемей останется живой, история будет исправлена, будет восстановлен тот мир, который она знала. Но... она потеряет сына, мужа, восемь лет жизни и любви. Она потеряет часть себя. И что, если Йена ей тоже придётся потерять? Что, если его смерть в шахте это цена, которую она должна заплатить за исправление своих ошибок?
Она снова посмотрела на Ракотиса и увидела, что он тоже нашёл ответ. Заглянув за отражавшиеся в его глазах огни, Барбара подумала, что её потери могут оказаться не такими уж и большими.