6.
- Серафим, ну как ты мог забыть?
Оля скривилась от возмущения.
Мсье Мадам не ответил. Он упёрся взглядом в окно. В кафе многолюдно. Молодой человек за столиком у окна развлекал двух девушек. Его рот не закрывался. Он то и дело склонялся над столом под тяжестью нахлынувшего веселья. Его хохот не был слышен, однако мастер-универсал ловил насмешливые взгляды красоток. Они строили друг другу умилительные рожицы, пока остряк, упёршись руками в стол, угорал от смеха.
- Господи! Ну, забыл! – резко повернулся Мсье Мадам лицом к Оле.
- Как ты мог забыть? Ей не тринадцать!
- Выкрутится! Помимо изворотливости я добавил Лиле немного ума!
- Серафим, зачем ты уложил их в койку? Сходу?
- У меня про запас музей.
- С музея бы и начал!
- Ты его видела? Какой там музей? Перестань меня третировать.
Мастер сжал кулаки и двинулся к женщине.
- Ого! – вытаращила глаза Оля.
Затем, не удержавшись, захохотала.
- Серафим, опомнись! Крувим передрались!
Серафим разжал кулаки и, запрокинув голову, захохотал громче Оли.
Он привлёк её к себе и крепко обнял.
Ещё некоторое время они смеялись, уткнувшись друг другу в плечо.
- Двадцать шесть и в девках, - не унималась Оля.
- Оля, Вадик – перерожденец. Как иначе? Лиля – новенькая, как в упаковочке. Не юзаная совсем!
- Сказать надо было, Серафим!
Оля отстранилась и вскинула брови.
- Серафим, Серафим! Похоже, ты с Лилей своими мозгами поделился.
Мсье Мадам погрозил Оле пальцем.
- Зато никто не упрекнёт, что лишил свободы выбора! Крувим всегда правы!
7.
Маша отвела Лилю в старый заброшенный парк неподалёку от гостиницы.
Она усадила её на скамейку, а сама осталась стоять.
- Ну, я жду!
Лиля потянула Машу за рукав пальто. Маша отдёрнула руку.
- Я прошла операцию по восстановлению девственности, - тихо проговорила Лиля.
- Что?
Ноги Маши подкосились от неожиданности, и она опустилась на скамейку рядом с Лилей.
Глаза Лили наполнились слезами.
- Всё из-за Вадима.
- Как много всего произошло за один месяц, - усмехнулась Маша.
- Да! – промокнула глаза Лиля. Она сложила платок вчетверо и опять промокнула.
- Тебе сколько лет? – нахмурилась Маша.
- Не важно. Вадим сказал, что это нужно для мамы.
- Он что, замуж тебя позвал?
Лиля молча кивнула.
- И что, смотрины были?
- Всё было! – всхлипнула Лиля.
- Я даже его мамы не знаю, - вздохнула Маша, - возможно, я тоже согласилась бы на гименопластику. Слава Богу, что женщине из двух целок единственную выбирать не придётся. Девушки расхохотались и смеялись так долго, пока две старухи, проходившие мимо, не обозвали их проститутками.
Конец