– Извращенец, – беззлобно пожурила меня.
– Это у меня от длительного воздержания.
Мира закатила глаза, но комментировать не стала. И хорошо.
– Ну тогда пошли знакомиться с моим, с отныне и твоим домом, – продолжил я, поднимаясь из-за стола.
– Пешком?! Это недалеко отсюда?
– Ага, Клубничка. Через коридор от этой двери.
– Ты живёшь в отеле? – уточнила она, начиная подниматься.
Поспешил к ней, дабы подать даме руку для помощи, согласно этикету.
Берсеньева с удивлением посмотрела на меня и мою протянутую ладонь.
– Ковальский, какие манеры! Но если что, то я ещё способна и сама передвигаться.
Независимая. Это главный порок в любимом теле.
– Это я чтобы лишний раз к тебе прикоснуться.
– Соскучился, бедняжка? – с усмешкой посочувствовала Мирослава, но вложила пальцы в мою руку.
– Очень.
Голубые глаза не поверили и откровенно надо мной смеялись.
Сжал её руку и, едва её туфли коснулись пола, дёрнул к себе.
– Факт моей скуки можно тоже проверить. Наглядно.
Между нами расстояния практически не осталась, так что я в полной мере ощущал всю её: запах волос, парфюма, тепло нежной кожи. Меня даже два слоя одежды не защищали от «ядерного» заражения Берсеньевой.
– Владислав Владимирович, что-то у вас так много проверок накопилось, – прищуривая глаза, Мира скользнула ладонью на моё плечо, но лишь с целью в итоге хлопнуть по нему. – Не многовато ли на меня одну.
– А не надо было исчезать на два месяца и тем самым накапливать невыполненные нормативы, – тихо выплеснул я часть своей горечи.
– Ой! А кто это меня самолично отпустил на все четыре стороны?!
– Так было нужно. Для тебя, – отрезал я, стараясь не выказывать тех мучений, через которые прошёл в тот вечер.
Сжала свои пухлые губы, вроде как желая что-то сказать, но за секунду до передумала.
– Хорошо.
Сделала уверенный шаг назад, вынуждая меня отпустить её.
– Веди тогда.
И мы пошли.
Мои апартаменты были в самом углу всего здания, тем самым создавая необходимую для покоя уединённость.
Пока открывал входную дверь, буквально спиной ощущал стоящее позади меня женское любопытство.
– Надеюсь, Ваше Высочество, не специально прикупило здание из-за наличия здесь моего любимого ресторана.
– Нет. Это действительно совпадение.
Помню, как удивился, когда, идя на разборки с новым су-шефом, увидел своего неприступного адвоката, мирно ужинавшую с подругой. Тогда тоже решил, что совпадение, но потом выяснил, что Берсеньева постоянный клиент моего заведения.
– Памятку про ложь помнишь? – уточнила блондинка, делая неспешный шаг внутрь моего дома.
– Помню. Склерозом не страдаю.
– Ну-ну.
Вот шею бы ей свернуть за эту издёвку в каждом жесте.
– Мирослава, не нарывайся. Я так-то тоже не каменный, если тоже амнезией не страдаешь, то помнишь, что бывает.
– Ага, – беспечно отозвалась, уделяя больше внимания интерьеру комнат.
– Вот именно. Скажи спасибо, что ты беременна, – пробурчал сквозь зубы уже больше для своего успокоения.
– Спасибо, конечно, – Мира резко тормознула, прерывая осмотр ровно посередине гостиной. – Но при чём тут твоя выдержка и моя беременность?
Она развернулась ко мне лицом, складывая руки на груди. Потемневший прямой взгляд и вопросительно изогнутая бровь ничего хорошего не предвещали.
Я молчал, не желая признаваться в своей слабости. На сегодня и так достаточно моих откровений.
– Ковальский, твоё выражение лица «я -кирпич» хреново способствует налаживанию контактов. А во-вторых, для несведущих рассказываю – у меня всё хорошо. Те небольшие отклонения по здоровью, что были вначале беременности, прошли, но меня любимые акушеры навечно записали в группу риска, так что выдохни, пожалуйста. Я не хочу, чтобы ещё и моё окружение едва дышало при виде меня.
Она сердилась, но, как ни странно, даже не кричала.
– А в самолёте? – решая прояснить ситуацию до конца.
– Спазмы. Бывает. Надо меньше летать на такие расстояния и меньше нервничать.
Вот с последним пунктом полная задница. Мы и сейчас стояли напротив друг друга, далёкие от умиротворения. Меня, конечно, понять можно и даже простить. Я вообще не могу находиться рядом с этой женщиной, не желая её немедленно и не меняя места. До боли в паху и удушения в груди. Это если не брать в расчет нашу любовь к спорам.
– Я услышал, – наконец-то ответил ей. – Продолжим знакомство?
Коротко взмахнул в сторону спальни.
Взгляд Мирославы спокойнее не стал. Она бурлила эмоциями, но смиренно направилась в указанном мною направлении.