- Нет, пока не можете, - отрезал Лугальбанда. - Допустим, вы не могли провести измерение ауры. Я понимаю это. Но хотя бы экспресс-гороскоп вы, надеюсь, составили?
Ницан был чрезвычайно рад тому, что приятель перехватил инициативу допроса Думмузи-Хорефа. Он даже чуть прижмурил глаза, рискуя в очередной раз задремать и вновь оказаться один на один с кубком парного молока.
- Экспресс-гороскоп? - голос Думмузи-Хорефа звучал растерянно. - Но... Позвольте, экспресс-гороскоп составляется в лишь критических случаях! В состоянии господина Тукульти не было ничего критического. Во всяком случае, я ничего такого не заметил.
При этих словах Ницан открыл глаза.
- Иными словами, с вашей точки зрения господин Тукульти не нуждался ни в какой помощи, - резюмировал он. - И сердечного приступа не было. Так?
- Да, так! - сердито воскликнул целитель. - Если хотите знать мое мнение, так ему просто понадобилось уединиться в этой комнате! И он не нашел ничего лучшего, как притвориться!
Ницан и Лугальбанда переглянулись.
- Вы уверены? - спросил Ницан.
- Уверен? - фыркнул целитель. - Да он с первой же минуты, едва мы пришли сюда, пытался меня выпроводить!
- А секретарь? Вы ведь говорили, что его секретарь при том присутствовал, - заметил Ницан.
- Секретарь? - Думмузи-Хореф задумался. - Нет, секретарь, по-моему, не... Нет, - решительно сказал он. - Секретарь как раз старался меня удержать. По-моему, он всерьез воспринял ситуацию. Да, конечно! - целитель энергично закивал головой. - Поведение секретаря как раз и вывело его из себя! Господин Тукульти накричал на него, так что он вышел вместе за мной... Послушайте, - сказал он нетерпеливо, - клянусь моим покровителем Мардуком, мне больше нечего вам сказать!
Ницан вопросительно посмотрел на друга. Тот неохотно кивнул.
- Хорошо, - разрешил Ницан. - Вы можете идти. - Не исключено, что вы нам еще понадобитесь.
Посвященный сорвался с места и засеменил к двери. Уже взявшись за литую рукоятку, он вдруг обернулся и сказал:
- Кстати о гороскопах. Странно, что я... На тумбочке рядом с кроватью в тот раз лежал гороскоп господина Тукульти. Между прочим, составленный магом Берроэсом. Так что не было у меня никакой нужды составлять экспресс-гороскоп! Прогноз был вполне благоприятен. Во всяком случае, на позавчерашний, вчерашний и сегодняшний дни. Надеюсь, вам что-то говорит имя Берроэса?
Маг Берроэс был одним из самых авторитетных астрологов Тель-Рефаима. И самым дорогим, разумеется.
- Всего хорошего, - посвященный церемонно поклонился сыщику и выскользнул из комнаты.
* * *
- Что скажешь? - спросил маг-эксперт.
Ницан мерил шагами расстояние от стены до стены, наклонив голову и сцепив руки за спиной.
- Скажу, что даже великие астрологи могут ошибаться, - ответил он. Нечего сказать, хорош прогноз: человека убивают, а его гороскоп на этот день вполне благоприятен!
Лугальбанда отмахнулся.
- Я не о гороскопе. Я имею в виду поведение Тукульти незадолго до смерти.
- Да-да, странно, странно... - пробормотал Ницан с рассеянным видом. Если у господина Тукульти не было никакого приступа, и он просто симулировал, то напрашивается одно из двух объяснений: либо ему до смерти (извини за каламбур) надоело совещание, то ли... - он остановился перед Лугальбандой. - То ли он кого-то ждал. А ждать он мог только человека, убившего его.
- Ждал? - Лугальбанда недоверчиво засмеялся. - Ты хочешь сказать, что он назначил кому-то тайную встречу прямо в резиденции президента? Ну и ну!
- Глупая идея, - признал сыщик. - Черт-те что... - он раздраженно помотал головой, отчего к нему мгновенно вернулись все похмельные симптомы. Он чудом удержался на ногах, когда пол вдруг плавно поплыл в сторону, а стены угрожающе задвигались над головой.
- Мне худо... - простонал Ницан. - Лугаль, имей совесть, найди чего-нибудь выпить. Хотя бы пива. Иначе я сдохну прямо тут. И унесу с собой в могилу разгадку убийства Тукульти... Боже мой, разве можно носить такие имена?
При виде позеленевшего лица сыщика Лугальбанда, собиравшийся было прочесть приятелю очередную нотацию, захлопнул рот, взял детектива под руку и быстро повлек в боковую галерею. Здесь, в самом конце обнаружилась небольшая, вполне обжитая комната. Находившийся уже в полуобморочном состоянии Ницан усмотрел в глубине подсвеченный бар с десятком бутылок. Вырвавшись из цепких рук мага-эксперта, он издал восторженный вопль и бросился вперед. Первой попалась под руки бутылка лагашской горькой.
Опустошив ее на треть, Ницан облегченно вздохнул и плюхнулся в одно из двух причудливой формы кресел, стоявших посередине, рядом с журнальным столиком.
- Мне тут нравится больше, чем в гостевых покоях, - заявил он. Гораздо больше. Уютно, спокойно. Если ты не возражаешь, Лугаль, на время расследования я поселюсь здесь.
- Как хочешь, - ответил Лугальбанда. - Я не возражаю.
Ницан одобрительно хрюкнул - говорить он не мог, поскольку вновь присосался к лагашской.
- Только, знаешь, может возражать хозяин, - добавил маг-эксперт.
Сыщик отставил бутылку и удивленно взглянул на полицейского. Удивился он не столько тому, что у привлекательного во всех отношениях помещения оказался хозяин, сколько тому, что этот хозяин может возражать против его, Ницана, присутствия здесь.
- А кто здесь живет? - осведомился сыщик.
- Референт убитого, - ответил Лугальбанда. - Как ты сам понимаешь, мы не могли позволить ни ей, ни секретарю господина Тукульти, ни его охранникам окинуть резиденцию.
- Пусть живет, - великодушно разрешил Ницан. Вдруг до него дошло. Постой, ты сказал - ей?
- Референт Шаррукена Тукульти госпожа Сарит Бат-Сави, - сказал маг-эксперт. - По-моему, ты не очень внимательно слушал рассказ их превосходительств господина президента и господина министра. И целителя Думмузи-Хорэфа тоже. На всякий случай, напоминаю: именно госпожа Сарит первой обнаружила труп... - И оглянувшись на раздавшийся в коридоре дробный стук каблуков, добавил: - А вот, кстати, и она сама.