В ней нашелся сыр и хлеб. Почти сухие. Спасибо, тебе Марьяна-Анабелла сунула в сумку, пока я не видел. Так, а это уже интересно, из сумки пропали деньги, почти все деньги. Как открыть сумку знала только девушка. Ну, надо же она меня ограбила. В этом деле с картой времени я проявил себя последним простаком, все меня обманывают. Вот жизнь пошла.
Теперь посмотрим артефакты. В сумке все. Это она не взяла. И то хорошо.
Дорога размокла, пыль превратилась в грязь, но лошадка была выносливая, и я ехал, ехал и ехал. Семь дней пути я миновал за четыре, но от этого был словно деревянный или лучше сказать оловянный. Ел я раза четыре. На то, что осталось от денег, я купил воду, хлеб и вяленое мясо. Дождь перестал часа через два. Скоро я весь высох и за последующие дни покрылся красной, желтой, белой и даже местами черной пылью. Статуэтка мирно ехала со мной за пазухой. Она действительно была такая как в описании Буквари.
***
Я две недели не был дома, но соскучился по брату, отцу и доктору Шалому. Я все время переживал за них. Возвращаться домой, туда где тебя ждут, всегда ждут, это новое для меня чувство. Первое, что я сделал, это потребовал у одного из ребят Бородина отвезти мою лошадку к хозяину. И удивительное дело, он ни сказал ни слова, взял лошадку под уздцы и повел. Бородин увидел меня и поприветствовал маханием рук, но подходить не стал, он был слишком занят, распекая подчиненных. Бебешек носился по территории магистратуры, но меня он тоже заметил и помахал рукой.
На улицах было полно народа в форме. Все куда-то спешили, что-то громко говорили, но мне было не до них, я спешил домой.
В дверях дома меня встретил отец. Он стоял на пороге и улыбался:
- Васенька, скорее, Треш приехал, - позвал он брата.
С лестнице послышалось громкое:
- Уу-а! Треш!
Мой брат как дождь пронесся по дому и кинулся обниматься.
- Васенька, аккуратнее, ты. Меня уронишь, - попросил я.
- А и ладно, - решил он.
- Васенька, статуэтку разобьешь.
Брат сразу от меня оторвался и потянул в за руки в дом.
- Ты ее нашел?
- Конечно, нашел, - успокоил я брата.
Васенька весь рассиялся как солнце, выражения блаженства на лице отца стало еще блаженнее.
- А где доктор? - спросил я, очень хотелось подлиться радостью и с ним.
- Ушел по вызову, - заметил отец. - скоро вернется.
Васенька потянул меня на верх:
- Треш, покажи ее.
Я расстегнул куртку и достал статуэтку. Мои уставились на нее во все глаза.
- Мда, - промукал папа, - красивая.
- Такая точно, как в описании, - прошептал Васенька беря ее в руки.
- Я пойду, отмоюсь, а ее надо бы спрятать, мало ли, что, - предложил я.
- Конечно, Треш. Я займусь этим.
- У Вас все хорошо? - спросил я своих.
Они вдвоем заговорщицки друг другу улыбнулись и одновременно кивнули мне головами.
- Мы потом тебе расскажем, Треш. За ужином, - предложил Дауон.
- За праздничным ужином, - дополнил Васенька.
***
Праздничный ужин удался на славу. Мы много говорили, шутили, смеялись. Мне пришлось рассказать обо всех своих приключениях, о первом опыте кражи со взломом, о разговорах с донном Имбадом. Кроме того, мы обсудили различные варианты ответов на возникшие вопросы о Марьяне-Анабеле, о донне Кларе и Крюзихеттах.
В эту ночь мы решили посидеть вдвоем с Васенькой, я был слишком усталым, чтобы ему сопротивляться. И смотря на его нетерпение я чувствовал, что брат мне хочет рассказать что-то важное и очень-очень секретное.
Я принес второе кресло, мы уселись, расставили чай, чашки, мед, кипяток на столике. Васенька смотрел на меня тревожными глазами, но начинать разговор не торопился.
- И что ты смотришь такими глазами? Выкладывай, что случилось, - пришлось мне его подтолкнуть, но боюсь, что это надо делать не с моей тактичностью.
Он глубоко вздохнул:
-- Треш, помнишь, я тебе говорил о сестрах в доме церемониймейстера?
-- Помню, конечно, - ответил я, - Лью и Шайма, правильно?
-- Да, - вздохнул он, - Все дело в свертке.
-- В том, который они тебе дали? - уточнил я.
-- Да, - согласился он.
-- И что с ним случилось?
-- С ним ничего. Он у меня.
-- Васенька, я знаю, что у тебя. Но что ты о нем вспомнил?
-- Треш, ты в город въехал, ничего не видел?
-- Васенька, что я должен был видеть?
-- Ну, - он стал тянуть.
-- Давай я догадаюсь. - Предложил я. - Было очень много людей в форме, все были заняты и Бородин тоже. Ворота закрывали. Похоже на облаву. Кого-то ищут?
-- Я думаю, что они ищут сверток.
-- Хорошее начало, Васенька. Может пояснишь?
-- Треш, я не разобрался с бумагами и порошком. Порошок я пересыпал в другую коробку, а ту выкинул. Так что думаю, он фонить не может. Дело в бумагах.
-- В тех, с которыми мы не разобрались, правильно?
-- Правильно, они чем-то пропитаны. Расшифровать я не смог. Надо нести специалистам. Но думаю, что мы засветимся. Эта бумага наколдована крепко.
-- Ты думаешь, что ищут эти бумаги.
-- Да, Треш, ты посмотри, все ходят с ищейками, что называется, ищут след.
-- А почему не могут найти?
-- Треш, ты как маленький. Я когда их привез, запер в подвале в тот шкаф, в который дед засовывал краденые артефакты. Этот шкафчик все хорошо экранирует.
-- Тогда ясно, почему их не могут найти.
-- Да, из города никого без досмотра не выпустят. Всех обыскивают. На людей и не смотрят. Ищут какой-то предмет.
-- Значит, ищут бумаги.
-- Да, Треш.
-- И что нам с ними делать?
-- Избавиться от них мы не можем, - высказался Васенька.
-- Да, единственный выход, оставить их пока в этом шкафу. Интереса к делу не проявлять и ждать, - решил я.
Васенька пожал плечами в ответ:
-- Согласен. Отцу и доктору говорить не будем.
-- Согласен, а теперь иди спать, а подожду нашего клиента.
-- Ладно. Спокойно ночи.
-- Спокойной ночи.
***
Буквари в Лавку не пришел. Он должен был быть у нас этой ночью, но не пришел. Я ждал его с особым нетерпением, статуэтка ждала его, но он не пришел.
Когда миновал час с назначенного времени, я пошел в гостиницу, в которой он остановился. Но Буквари там не было. Разбуженный смотритель сказал, что этот клиент ушел почти три часа назад. Как удалось узнать, Буквари ушел с вещами и полностью расплатился в гостинице. Мне не оставалось ничего, как вернуться домой и лечь спать. Поиски я решил отложить на завтра.
***
Проснулся я от крика брата. Васенька тряс меня за плечи. Запах горящего дома сводил с ума. Мне понадобилось минуты две, чтобы понять, что это горит наш дом. Полыхало сильно. Не понятно, почему не сработала защита. Но сейчас главное самим выбраться из дома и не допустить распространения огня.
Васенька тряс меня и кричал:
- Это он! Это он!
Я спросил, о ком он кричит.
- О Буквари, отец видел, как он убегал. Это он поджег. Он от нас не уйдет.
- Васенька, где остальные?
- Доктор внизу, отец уже на улице. Только мы здесь.
В комнате уже занялась дверь. Дым выворачивал на изнанку. Я закашлялся.
- Огонь можно потушить? - прохрипел я.
- Нет, он магический, - также натужно прохрипел Васенька, - Надо выбираться самим.
- Надо. Через окно, единственный выход.
- Давай.
Я отпер окно, на улице уже стояла толпа. Я видел, как кто-то пытался тушить дом. Другие ставили силовые стены, чтобы оградить стоящие рядом сооружения. Отец стоял на улице и что-то толковал представителю закона. На открытое окно среагировали люди. Раздались крики: