— Прокляну, — вполне серьезно пообещал Сириус. — Только попробуй не помочь.
Люциус прикинул свои варианты: попасть под семейное проклятие, отбить у Темного Лорда его добычу, заавадить самого себя. По последствиям все было примерно одинаково.
— А еще Гарри научу паре интересных слов, и он такого пожелает твоему сыну… — предупредил Сириус.
— Хорошо, — сдался Люциус. — Я только маску надену.
Сириус подмигнул родственнику, с неудовольствием покосился на камин и аппарировал.
Беллатрикс Лестранж уже подвела брови и теперь причесывалась — хотя впереди было сражение, для нее важнее было то, что она увидит своего Повелителя, а он увидит ее. В глубине души Беллатрикс была уязвлена тем, что, освободив ее, Повелитель не наградил ее превыше всех мечтаний и даже не подарил ей цветы, но это был не повод, чтобы не подвести брови.
Когда Беллатрикс закончила с прической, за ее спиной раздался хлопок.
— Сириус! — вскрикнула она, сбрасывая его руки со своих плеч. — Какого черта ты ко мне постоянно шатаешься?!
— А ты меня убей, — нагло предложил Сириус. — Или замучай.
— Иди ты, — фыркнула Беллатрикс. — Охота потом самой всю жизнь мучаться. Мало ли что там предки посулили братоубийцам.
— Как думаешь, насчет крестника кузена предки ничего не говорили? — поинтересовался Сириус.
— Ты же без согласия семьи, — нерешительно ответила Беллатрикс. — И вообще ты от родителей отрекся.
— И, между прочим, после этого без вины отсидел двенадцать лет, — подсказал Сириус. — А ты давай, попробуй меня чем-нибудь шарахнуть, отрекшегося. Или вон Гарри тебя проклянет — посмотрим, что с тобой будет.
— Чего ты хочешь, выродок патлатый? — рявкнула Беллатрикс. В том, что про ругань на родню предки ничего не говорили, она была уверена — в противном случае все Блэки давно бы вымерли.
— Помоги Гарри, — буднично сказал Сириус. — И я от тебя отстану. Ну… на пару месяцев, пожалуй.
Беллатрикс задумалась, склонив голову на руку. В ней боролись верность семье и верность Темному Лорду.
— Не могу, Сириус, — наконец сказала она. — Могу пообещать, что не причиню ему вреда. Больше ничего не могу.
Сириус понял, что гриффиндорская честность — это очень хорошо, но семья дороже, и пустился во все тяжкие.
— Ты знаешь, — доверительно сообщил он, наклоняясь к Беллатрикс, — я тут зашел к Люциусу, попугал его семейными проклятьями, и он мне признался. Твой Лорд приказал ему убить Гарри и всех его друзей, а младшую Уизли взять в плен.
— Зачем это еще? — подозрительно спросила Беллатрикс.
— А ты догадайся, — с ехидной улыбочкой поддел ее Сириус. — Про них уже даже магглы истории пишут. Помнишь, что там с Тайной Комнатой было?
— Та-ак, — Беллатрикс выпрямилась, отшвырнув в Сириуса стул, и сразу напомнила ему его покойную мамочку. — Я сейчас с мужем и деверем переговорю.
— Слушай, — остановил ее Сириус, — у нас еще какие-нибудь родственники есть?
— Нарцисса и Андромеда не воюют, — тут же ответила Беллатрикс. — Драко еще маленький.
— Гарри его младше, — напомнил Сириус.
— Я сказала, что маленький, — отрезала Беллатрикс. — Яксли и Крэббы слишком дальняя родня, и не кровная к тому же. У Малфоев и у Лестранжей кто-то есть во Франции.
— Франция далеко, — разочарованно сказал Сириус.
— А, да, — вспомнила Беллатрикс, — девичья фамилия моей матери — Розье. И, кстати, ходят слухи, что Снейп крестный Драко.
— Снейп чего? — ухмыльнулся Сириус.
— Не наверняка, — осадила брата Беллатрикс. — Ладно, я сама разберусь. Встречаемся у 97ого ряда.
Когда Гарри долетел до Министерства, он уже думал, что более сильного озноба у него быть не может. Но встреча с Пожирателями Смерти прямо у стеллажа с пророчеством его в этом разубедила. Правда, Пожиратели стояли как-то странно — в кружок и сердито перешептываясь, но легче от этого не было.
— Стоять! — приказал один из Пожирателей голосом Рудольфа Лестранжа. — Только ты нам нервы не трепи!