- А где мой папа?
- Ваш отец и еще несколько людей сейчас в приемной. После того как вас отсмотрит доктор Гельбронт, будет известно сможете вы принимать посетителей или пока нет. В любом случае вам не стоит волноваться. Теперь, когда мы переоделись, желаете сходить в туалет? Потом я подключу к вам аппарат и кое, какое время вам нельзя будет вставать.
- Да, я очень хочу писать Эмили.
Моя медсестра оказалась душкой. Она крутилась вокруг меня как пчелка, пытаясь угодить во всем. Чего не скажешь о докторе Гельбронте. Мы с ним уже пару раз пересекались, я была у него на приеме еще в первый свой приступ, ведь он один из ведущих специалистов в своей области. И в данный раз от него исходит больше суровое негодование, чем любезность и услужливость.
- Как я понял, наша последняя встреча была бесполезна. Курс, который я вам назначил вы так и не начали пить. Можете не отвечать, я и так это вижу.
- Я, правда, неловко себя чувствую. Мое безалаберное отношение к своему же здоровью привело к остановке сердца. И если бы не своевременная помощь, то… Не хочу даже думать об этом.
- В вашей сумочке и чуть ли, не в каждом кармане должны лежать таблетки, а не женские бесполезные безделушки. Пусть это звучит жестко, но я хочу сказать, что вам повезло. Прошу простить меня за грубость, но боюсь, что в следующий раз, если вы так же отнесетесь к своему состоянию, мы больше не увидимся, - я проглатываю ком в горле и опускаю глаза.
- Поймите Ники, - Гельбронт смягчил тон. – У вас “хрустальное сердце”, и вы должны его оберегать и хранить, если конечно хотите жить… Ладно, я думаю, мы поняли друг друга, перейдем теперь к осмотру.
Спустя час, когда все показатели были в норме, и я поела, мне разрешили принимать посетителей, с условием что я не буду нервничать. Появившийся в моей палате папа, с виду постарел лет на десять и стал похож на дедушку. Подойдя ко мне, он взял мою руку в свою и стал целовать ее.
- Мне запретили тебя обнимать и доводить до слез.
- Знаю, грудная клетка немного болит, но это пройдет, потом будет много обнимашек. Обещаю!
- Как же ты напугала старика, родная, - папа не смог сдержать слез, и стал быстро их смахивать.
- Ну же, папа. Я здесь, с тобой! Все будет хорошо!
- Прости меня Ники! За все!
- Мне не за что тебя прощать. Это ты прости меня, заставила тебя переживать. Если хочешь, я попрошу Эмили, и она поставит тебе чудо капельницу?
- Капельницу? Мне поможет только если, что запереться с ней в пустой палате, - папа никогда не шутил со мной по части женщин, чем вызвал удивленную улыбку.
- Думаю я смогу посодействовать, - шучу в ответ.
- Детка, тебе нужно отдыхать и отдыхать. Последние несколько часов и меня подкосили. Я обещаю, что буду завтра свеж как огурчик и возможно даже приглашу, Эмили выпить кофе, а сейчас разреши мне поехать домой. Я признаться с трудом держусь.
- Ты еще спрашиваешь? Видишь со мной все хорошо, поэтому быстро домой. Если мне что- то понадобится, я позвоню Билли.
- Люблю тебя сокровище! Поправляйся. – Папа целует руку и, заправив мне прядь волос за ухо, тихо выходит из палаты.
На улице давно уже стемнело, и снова начался дождь. Эмили спрашивала меня о моем состоянии, когда за дверью в мою палату, кто-то разговаривал на повышенных тонах.
- Я сейчас посмотрю, что там происходит и вернусь к тебе. - Как только Эмили открыла дверь, сразу стало понятно, кто навел столько шума.
- Поймите док, я не уеду отсюда, мне нужно ее увидеть, – голос Джека немного взволновал меня, поэтому я шепотом прошу Эмили не впускать его сюда.
- Здесь лежать больные пациенты, которым нужен покой и отдых. Поэтому прошу вас, покиньте больницу. Ники не желает больше никого видеть. – Эмили ответила вместо Гельбронта и вернулась обратно в палату, не закрыв до конца дверь. Чтобы было слышно, чем все закончится. Черт возьми, я уже люблю эту женщину.
- Доктор Гельбронт, я не уеду отсюда пока не увижу Ники, - Джек стоял на своем.
- В таком случае я вызову охрану и полицию. И тогда вы точно ее не увидите до выписки, - доктор был на взводе, но потом поменял тактику, - Послушайте мистер Хант, состояние Ники хорошее, и ей нужен отдых. Ей, черт возьми, нельзя нервничать. Чего вы добиваетесь? Хотите, чтобы ей снова стало плохо? Будьте разумны, я призываю вас.
- Она умирала на моих глазах. Ее сердце не билось, черт возьми. Я не буду говорить с ней, обещаю! Я просто посмотрю на нее, и уйду, - Джек в отчаянье, боже мой, я не выдержу этого.
- Эмили! Попросите его зайти.
- Вы уверены? – уточняет она.