Папа сидел за своим столом и задумчиво перебирал бумаги, из-за чего на лбу появилась морщинка. Дверь была распахнута, так что я вошла. В детстве я любила проводить время в этом кабинете. Здесь всегда витала атмосфера таинственности, лежало много бумаг с цифрами, суть которых я никогда не могла разгадать.
- Тебе нужно меньше работать, - поставила я перед ним чашку. А папа тут же кинул бумаги на стол и поднял руки вверх, словно говоря мне «работать? бумаги? это не мои». И засмеялся.
- Если я не буду работать, ангел, то начну заниматься ерундой. Вроде охоты на птиц. Или твоих парней.
И снова рассмеялся, довольный своей шуткой. Иногда в нем и правда проскальзывали отголоски былой юношеской смелости.
- Как интересно... Может мне с тобой поучаствовать в этой охоте? - весело отозвалась я и уточнила: - На парней, не на птиц. Птиц вокруг достаточно, а вот с мальчиками проблема.
- Посекретничали с мамой? - собирая бумаги в папку, спросил папа.
- Вряд ли можно назвать секретом историю о том, как вы познакомились.
- Неужели мы ее никогда не рассказывали? - изумленно воскликнул папа, и эта эмоция выглядела точно так же, как и на мамином лице еще полчаса назад. Наверное, когда так долго живешь с человеком, начинаешь неосознанно копировать эмоции друг друга.
- Да вот как-то нет... Слушай, а ты в маму сразу влюбился?
- Не знаю, - честно ответил он. - Она меня зацепила. Наверное, внешностью. И характером. До сих пор иногда впадаю в шок, когда вспоминаю, что она облила меня в ответ. А выглядела, словно настоящий ангел. Прямо как ты, маленькая дочка, - хитро сказал папа. - А сама с дьявольским огнем в глазах.
- Ты что папа, это у меня, что ли, дьявольский огонь? - деланно возмутилась я.
- В тот раз, когда мы обсуждали концерт твой какой-то, я даже увидел, как у тебя зрачки покраснели, - с невозмутимой серьезностью ответил папа. А я закатила глаза.
- Я просто очень хотела пойти... - пробурчала в ответ.
- Ну, в общем, мама твоя зацепила меня, и я не смог просто отпустить ее в тот вечер. Почему-то мысль о том, что я могу больше ее не увидеть, заставила меня забыть и о гордости, и о страхе, и о девушке, с которой я хотел... погулять, - скомкано закончил папа, а я снова закатила глаза. - Смотри, косоглазие заработаешь, а я виноват останусь.
- Иногда ты такой вредный, что я забываю, что ты мой папа, - пробормотала я. - Знаешь, мне нужно знать твое мнение. Мама думает, что наша.. особенность.. ну, она сравнила ее с индикатором. Вроде детектора лжи. По ее мнению, поцелуй лишь определяет, кто тебе нравится по-настоящему... Что ты думаешь об этом?
- Несколько лет назад мы обсуждали это с твоей мамой. Знаешь, ее слова звучат очень разумно. Жаль, что мы не можем узнать истинную природу вашего дара, мы можем лишь догадываться. Но я согласился с ее мнением тогда и, пожалуй, с тех пор эта вера только выросла.
- А в тот первый поцелуй ты почувствовал что-то.. необычное? - аккуратно спросила я, снова не понимая, как подобрать правильные слова.
- Да. Было что-то с самого начала. Еще даже до поцелуя. Капля восхищения или восторга. Но я не могу ответить тебе однозначно, было ли это чувство из-за ее дара. До твоей мамы я не влюблялся. Может быть, это и была та самая влюбленность с первого взгляда.
Мы замолчали на некоторое время. Я пила свой чай, задумчиво рассматривая свою детскую фотографию, которая стоит на столе. Тогда я была просто ребенком. Маленькая счастливая принцесса, мечтающая о принце. Вот только с каждым годом, с каждым новым парнем или новой влюбленностью мечтать становилось труднее, пока я просто не запретила себе это делать.
- Можно я буду честной? - вдруг спросила я, заставляя себя смотреть прямо на папу. - Не с собой, а, скорее, с тобой. Сама я пока не готова к этой правде... - папа едва заметно кивнул и поставил чашку на стол. - Этот мальчик. Максим. Когда я поцеловала его, то испытала шок. Было тепло впервые в жизни. И Даше я говорила что-то влюбленное и позитивное... Но.. кажется, это был просто шок, - тихо проговорила, но потом добавила, смело заглядывая в глаза папе: - Похоже, впервые в жизни я не хотела, чтобы мне подошел мой парень. Но он подошел. И я не знаю, что с этим делать.
Папа не выглядел удивленным или шокированным. Скорее грустным, будто готов сделать что угодно, лишь бы помочь мне.
- Разве он не нравился тебе? - осторожно спросил он. - Когда мы говорили в прошлый раз, казалось, что мальчик нравится тебе.
- Мальчик, - выделила я слово. - Милый, скромный, добрый, щедрый, заботливый. Но мальчик. Такой, с которым хочется дружить. Обсуждать фильмы, девочек, которые бесят, а еще парней.