Денис аккуратно коснулся моей ноги.
- Прости.
- Нет, не извиняйся! - чувственно воскликнула я. - Это вопрос доверия. Я не доверяла ему, и на это были свои причины. Просто... не предавай меня, ладно? Мне трудно доверять, понимаешь? Это из разряда.. «Чем больше людей ты впускаешь в свою жизнь, тем больше из нее уйдет».
- Я не уйду, - твердо сказал мне Денис, глядя прямо в глаза, так что этот момент закрепился в памяти. - Даже если ты будешь об этом просить. Извини, но я уже не смогу оставить тебя.
Я лишь коротко кивнула, не способная сказать спасибо.
- Знаешь, а мы можем заехать еще в одно место?
- Куда пожелает моя королева?
И я назвала адрес, который уже давно крутился в моей голове.
***
Денис
Я не думал, что Алиса была одной из тех, кто хочет сделать татушку. Она ни разу не говорила об этом за все то время, что мы знали друг друга, так что для меня стало неожиданностью, когда мы подъехали к весьма известному в нужных кругах салону. Единственный раз, когда она заговорила на тему тату, был, когда она спросила, почему на моей коже нет никаких рисунков. Потому что, очевидно, я был из тех, кто «стал бы нереально горячим с татушкой ящерицы на шее». Когда она озвучила свою мысль, в моей голове пробежали образы того, как идеально было бы ощущать ее губы на этой татуировке. Чтобы избавиться от мыслей, пришлось сказать, что я итак «нереально горячий». С этим она спорить не стала.
Но вот сейчас мы заходили внутрь здания, в котором я никогда не был, и я молчал. Мне хотелось спросить, знает ли она, что делает, или это просто выброс эндорфина в кровь. Но я не хотел, чтобы она подумала, что я отговариваю ее. Признаться честно, мысль о рисунке на ее теле вызывала во мне дикий трепет.
- Скажи уже, пока не взорвался, - просто сказала девушка, закатывая глаза, но выглядя при этом так спокойно, словно не стояла у стендов с выбором татуировки.
- Просто хотел уточнить: мы пришли сюда, чтобы ты сделала тату?
- Верно, Шерлок, - с улыбкой отозвалась она, касаясь пальчиками картинки с драконом.
- Ты никогда не говорила о том, что хочешь этого...
- Ты сегодня настоящий детектив, мой друг! - с притворным восхищением воскликнула Лиса. - Ты еще многого обо мне не знаешь, Соболев. И я обдумывала эту идею уже несколько лет, просто не могла решить, что нарисовать.
Она была чертовски спокойной. Так что да, девушка приняла решение. И я искренне улыбнулся.
- Здорово! Это реально круто!
- Правда? - стремительно повернулась она ко мне, выглядя слегка неуверенно.
- Абсолютная.
Прежде, чем она могла ответить, к нам подошел мужчина лет 35. Высокий, загорелый, словно сейчас разгар лета, и я не заметил ни одной татуировки ни на руках, ни на шее или лице. Довольно необычно, ведь почти всегда мастера сплошь покрыты рисунками. Мужчина перехватил мой взгляд.
- Не удивляйся, весь мой живот и спина в сложной черно-белой композиции. Еще не успел добраться до рук, - его губы изогнулись в легкой усмешке, когда он перевел взгляд на девушку. - Алиса, золото, мне казалось, что никто не увидит твою татушку, пока не придет время. Разве не это ты мне постоянно твердила?
И он стал потирать подбородок так, словно всерьез пытался вспомнить. Лиса засмеялась, потянувшись для объятий.
- Неужели ты решилась?
- Есть такое. Сможешь организовать все прямо сейчас? - надежда в ее голосе была очаровательной. Я не смог сдержать улыбку, которая не скрылась от глаз мастера.
- Давно вы встречаетесь?
Я думал, что Лиса начнет краснеть и отнекиваться, но она лишь красиво рассмеялась и ответила:
- Знакомы несколько месяцев. И мы не вместе, он просто везде за мной таскается.
Я не смог побороть желание закатить глаза, но тоже рассмеялся. Ведь она сказала правду. Мужчина хитро хмыкнул.
- Хочешь, чтобы он был здесь, пока я работаю?
Алиса быстро кинула на меня взгляд и покачала головой, мило улыбнувшись.
- Сможешь погулять где-нибудь? Это не должно занять много времени.
- Конечно, ангел, - тепло улыбнулся ее нервозности. - Сколько у меня есть времени? - обратился я к мастеру.
- Около часа точно.
- Отлично, Лиса, тогда я отъеду, но через час снова буду здесь. Если что - звони, ладно?
И, дождавшись ее кивка, тоже кивнул. Мне хотелось сказать ей что-то еще. Может, что она красивая. Или что я уже люблю ее татушку, какой бы рисунок она не нанесла на тело. Или что не хочу уходить. Но я просто молча осматривал ее лицо, не в силах оторвать взгляд от губ, глаз и очаровательного румянца на щеках.
- Спасибо, - едва слышно прошептала девушка, словно могла читать мои мысли, как книжку.
Хотя.. полагаю, именно это она и сделала.
***
- Я на полставки подрабатываю личным психологом, - меланхолично заметил Сергей, пока я раздевалась, а он готовил инструменты.
Интересный дядька. Я наткнулась даже не на сам салон, а именно на него, совершенно случайно, будто мне было суждено однажды оказаться здесь.
- Ты просто шарлатан, - рассмеялась, смутно ощущая предвкушение и страх. - Будет больно, верно? Скажи мне честно. Это же ребра, а на костях всегда больно бить..
Сергей скептически осмотрел меня и тяжело выдохнул.
- Да, будет больновато, но, обещаю, я буду работать как можно быстрее. К тому же, когда рассказываешь что-то, то отвлекаешься от этой боли. Так что давай поговорим про твоего «друга».
- Не надо мне тут делать такое лицо, - проворчала, прикрывая грудь полотенцем.
Всегда хотела сделать рисунок на ребрах, прямо под грудью, там, где в моем понимании бьется сердце. Хотя я мало что смыслю в анатомии. Но мне нравится мысль о том, что эта татушка будет только моей. Ее буду видеть только я. И тот, перед кем я разденусь.
Сергей помог мне правильно лечь, подкладывая под голову подушку и сверяясь с рисунком еще раз. И начал говорить, профессионально заговаривая зубы, так что я офигела, когда почувствовала боль на ребрах, потому что совсем забыла, что у него в руках игла.
- Я же не говорю ни слова лжи, мартышка! - деланно возмутился он, не переставая работать. Было больно. Но я решила, что стерплю это, потому что боль - это не страшно. - Зато ты мне врешь. Он же тебе нравится, отрицать бесполезно. Со стороны всегда видней.
- То, что мне он нравится, не имеет никакого отношения к тому, что будет происходить между нами, - сквозь зубы прошипела я. - Знал бы ты мою историю, не обвинял бы меня во лжи.
И надула губы, как настоящая принцесска.
- Ну хоть сама себе призналась, это уже половина дела...
- До второй половины я не могу себе позволить дойти, - прикрыла глаза, с силой сжимая полотенце в кулаках. - Я больше.. не могу. А он слишком мне дорог, чтобы пробовать снова.
- Чего ты так боишься, Алиса?
- Что перестану ощущать себя так хорошо рядом с ним, - просто ответила я, намереваясь закончить на этом наш разговор. Что-то в моем тоне сказало об этом Сергею, потому что он добавил лишь несколько слов, прежде чем мы замолчали:
- Ты никогда не узнаешь, если не решишься попробовать.
Спустя полчаса Сергей оставил меня одну, чтобы я смогла рассмотреть черный простой рисунок на покрасневшей коже. Мастер сказал, что припухлость и краснота сойдет через пару дней, а пока мне лучше не носить лифчик, чтобы не раздражать кожу.
Надо было сначала подумать о том, что завтра я отмечаю день рождения в компании многих людей. Что ж, значит, отмечать я буду без лифчика.
Мне нравилось то, что я видела в зеркале. Это были три маленькие, черные птички. Татушка, о которой прочитала в какой-то книжке уже давно. Полагаю, я еще с того момента хотела именно ее, но не могла придумать ей достойный смысл.
Папа всегда говорил мне, что некоторые поступки должны быть бессмысленными. Но я не считала это подобным случаем.
Так что мои маленькие птички олицетворяли свободу в самом красивом - из существующих - смысле. От себя, своих страхов, мнения окружающих. Я больше не хотела видеть сны, просыпаясь от которых, чувствовала себя разбитой. Я не хотела ощущать зависть, когда Даша забывала обо всем на свете из-за поцелуев Славы. Я хотела свободы. Свободы, которой у меня пока нет. Но которую я поклялась найти.
Иногда я думаю о том, как сильно на меня влияет моя болезнь. Я считаю ее проклятьем. Потому что так и есть. Хотела бы я быть одной из тех девчонок, которые считают любовь ерундой, недостойной внимания. Было бы просто жить вот так. Словно ничто на свете не может меня сломать. Но я не такая.
Я не умею любить. Не знаю, как делать это, чтобы не чувствовать страх. Ведь он реальный: моя любовь может не значить ничего, кроме боли и холода.
Стоя перед зеркалом и изучая свою «свободу», я впервые отчетливо осознала, что не хочу влюбляться. И тут же поняла, что уже поздно. Потому что влюбилась.
Небольшой подарок к 8 марта! Наслаждайтесь жизнью и любите, дамы!
Идея татушки пришла из трилогии Вероники Рот "Дивергент". Отличная история, рекомендую !
А следующая глава выйдет еще нескоро, к середине следующей недели, наверное. Но вы ждите, я уезжаю не навсегда))