- Он не появится… - перебила я мужчину. – Он никогда не появится потому что он мертв…
***
- Ваня и я были с детства знакомы и, наверное, с самого детства и любили друг друга. И сколько я себя помню, он всегда мечтал помогать людям, быть спасателем, пожарным или мед/братом. – Мои губы коснулась улыбка от воспоминаний о моем женихе. – Между нами было три года разницы. Я как-раз поступила в одиннадцатый класс, когда Ваня пришел ко мне и сказал, что его взяли на стажировку в пожарное отделение. Он был так счастлив, что будет помогать людям, что не думал о последствиях этой профессии.
Я сглотнула и потерла шов футболки пальцами. Было тяжело говорить о Ване Саше, но мой сосед прав, я слишком долго молчала об этом, и мне нужно было с кем-то поделиться. Романов погладил мои бедра и пересадив к себе на колени, притянул к широкой груди. Мы сидели в моей столовой, там, где когда-то парень рассказал о своей дочери, теперь была моя очередь открывать свою душу.
- Я закончила школу, и Ваня решил сделать мне подарок: поездка в Италию на двоих. – Выдохнула и зажмурилась. – Там он сделал мне предложение. – Фраза прозвучала слишком тихо, поэтому я прочистила горло и облизнула пересохшие губы. – Его родители и моя мама были счастливы за нас и даже не удивились новости, потому как с самой первой нашей встречи знали, что так и будет.
Мои мыли вернулись в тот день в аэропорту, когда мы сошли с самолета и увидели родных. Помню, как бросилась обнимать свою маму, а после хвастаться кольцом на безымянном пальце. Тогда я была самая счастливая невеста и девушка на всей планете. Мои мечты потихоньку сбывались: школа закончена всего с одной четверкой, но я точно знала, что поступлю в институт, теперь я была невеста, и после остался только малыш, но об этом позже.
- Свадьба была назначена на май следующего года, когда мне будет восемнадцать.
- Я что-то не понимаю…
- Я закончила школу в семнадцать лет и Ваня сделал мне предложение, а после мы ждали год чтобы пожениться. – Я вздохнула, вспоминая год, который мы с Ваней жили практически вместе в его съемной квартире. – Целый год можно сказать, что мы жили гражданским браком в квартире, которую он снимал. Моя мама была не в восторге от этого, так как я была несовершеннолетняя, но не могла ничего поделать и в конце концов смирилась. Однако, у нее было одно условие: месяц до свадьбы я должна была жить у себя дома, - я покачала головой и провела рукой по лицу убирая влагу. – До сих пор не понимаю, почему она поставила такое условие, но сейчас это и не важно…
Я уставилась на свои дрожащие руки, вспоминая свою маму. В сердце больно кольнуло, но я сделала глубокий вдох и продолжила рассказывать Саше и моем погибшем женихе.
- До свадьбы оставалось два месяца, когда в нашем городе произошел несчастный случай в многоэтажке. Дом был построен с рядом ошибок, и поэтому, когда его сдали в эксплуатацию… в нем прорвало газовую трубу… - Я зажмурилась. – Дом горел, было много жертв и пострадавших. Были вызваны и скорые и пожарники, среди которых был и Ваня…
Я судорожно выдохнула и почувствовала поцелуй в своих волосах. Саша обнимал меня своими сильными и надежными руками. С ним я ощущала себя защищенной и любимой. Рядом с Романовым я не была одинока так как было последние пять лет. и чувствуя себя в безопасности я продолжила.
- Мой жених вместе с еще двумя приятелями были в здании, когда раздался повторный взрыв и потолок обвалился. Один погиб на месте, второй умер в скорой по дороге в больницу, а Ваня… он доехал до больницы, и врачи стали бороться за его жизнь.
Я вспомнила как мне позвонила Эльвира и невнятно рассказала, что случилось с Ваней и в где он сейчас находился. Наверное, я никогда не забуду то состояние ужаса, боли и безразличия ко всему вокруг меня за исключением Вани.
- Врачи оперировали Ваню больше суток и все это время я моя мама и родители моего жениха сидели в приемной и молились. И наконец, когда к нам вышел уставший врач, я поняла, что что-то не так… - я вновь заплакала. – Ваня впал в кому и теперь его жизнь зависела только от него самого. Он не приходил в себя ни через день, ни через неделю, ни через месяц. Через месяц, врач, что его оперировал сказал, что шанс на то, что мой Ваня проснется очень и очень мал…
Я плакала, вновь погружаясь в свои воспоминания и безысходность… я оплакивала, то что могло бы быть у нас, но никогда не будет… я плакала и плакала не в силах остановиться, и только когда слезы стали уменьшаться, я поняла, что именно сейчас я отпускала Ваню… своими слезами и рассказом Саше, я отпускала своего погибшего жениха, чтобы начать жизнь, которую он хотел бы для меня. Жизнь где я и Кирилл были бы счастливы без него…