Эльвира ахает и бросает растерянный взгляд на Сашу, а посте на меня и Степана. Я вижу, что она в шоке, но я и сама не лучше.
Боль, растерянность, страх и наконец опустошение – вот что я чувствую в данный момент… я только начала жить, как на меня сбросили очередную бомбу… сердце моего Вани находится в груди моего соседа. Мысли разбегаются в разные уголки моего глупого мозга, и я медленно встаю с дивана. Я делаю шаг вперед, слышу, как кто-то зовет меня по имени, но не могу понять кто. На самом деле мне не хочется никого сейчас ни видеть, ни слышать, но…
- Ты знал? – Мой голос тихий и слабый, когда я поворачиваюсь к своему соседу. – Ты знал?! – Я киваю на его грудь. – Поэтому ты не хотел говорить о своей операции? – Слезы собрались в уголках моих глаз, качаю головой, когда Саша встает и протягивает ко мне свои руки. Его лицо искаженно болью и раскаянием. – Саша, прошу тебя, скажи, что ты общается со мной не потому что… в тебе его сердце…
Последняя фраза звучит еще тише, и я даже не уверенна что он услышал, но он расслышал.
- Нет, я не знал, что твой жених… твой жених дал все сердце… - его глаза становятся обвиняющими, - и я уж точно не из-за этого чертого сердца сейчас с тобой! Я люблю тебя и Кирилла. Я! – Саша ударяет себя кулаком в грудь, и я вздрагиваю, когда он делает шаг в мою сторону. Краем глаза вижу, как Степан поднимается со стула и готовится защищать меня.
- Не называй сердце моего Вани чертовым! – Произношу и преодолев расстояние между нами указываю в него указательным пальцем. – Ваня был прекрасным человеком! Лучшим мужчиной в мире! Но… Вани больше нет, а ты живешь, и ТЫ именно ТЫ должен с гордостью и осторожностью относиться к этому сердцу и жизни, что дала тебе второй шанс!
- Твоего… - парень моргает и через несколько секунд молчания делает шаг назад, а я осознаю, что только что ляпнула…
- Саша… - начинаю я, но мужчина выставляет руку вперед и качает головой.
Комната вновь погружается в молчание, но на этот раз это молчание слишком давит на меня.
- Когда врач сказал нам, что Ваня больше не очнется, я принял решение подписать документы на то, чтобы его органы, те что были в порядке, принесли кому-то шанс на жизнь, - неожиданно проговорил Степан, который стоял уже около меня. – Я подумал, что это будет правильно… Ваня хотел спасать жизни, и думаю он не был бы против, если б его…
Он замолчал и с дивана поднялась Эльвира. Она медленно прошла к своему мужу и стала напротив него. По ее лицу катились слезы, и я была рада что Кирюша сейчас спал и не видел всего этого балагана…
- Почему ты не сказал ничего нам с Даникой? – Женщина задала тот вопрос, который я не могла спросить, потому что мой взгляд был прикован к Саше.
- Я боялся, что ты не одобришь этого… - пораженно ответил Степан.
- Да, наверное, так и было бы… - Эльвира Эдуардовна всхлипнула и повернулась к Саше. – Да, ты прав, - ее взгляд метнулся ко мне, и снова на Сашу. – Тогда Даника не смогла бы найти свой второй шанс…
- Не думаю, что это ее второй шанс… - усмехнулся мой сосед и его небесные глаза посмотрели на меня. Я вздрогнула от безразличия и одиночества в них. – Она все еще любит вашего сына, и я на самом деле не думаю, что теперь, узнав правду, она сможет быть со мной и не думать о… бывшей женихе…
Кажется, у меня подскочило давление. В ушах послышался гул, а в глазах стали мелькать черные точки. Нет, нет, нет, нет… этого не может быть в самом деле… Он же не уйдет от нас? Он же не бросит… меня…
- Саша… - в горле пересохло, я хочу сказать, что люблю его, но не могу… я не могу сказать ни слова…
Парень ждет… проходит секунда, две, минута, вторая, а я все так же продолжаю молчать и смотреть на него…
- Ты спрашивала, что у меня случилось, - он вздыхает и отступает на шаг, нет, нет, нет… только не уходи, пожалуйста… - Меня отправляют на новый филиал. Это на полгода. – Его губы сжимаются. – Полгода вдали от тебя и Кирилла, вот почему мне было неспокойно. – Еще шаг назад… нет, нет… - Я сомневался ехать или нет, но думаю… - вдохнул и отвел глаза. – Думаю, что нам нужно побыть друг от друга отдельно, и, пожалуй, эти полгода будут тем, что нам обоим нужно. – Кивнул и в следующую секунду его руки обхватили мое лицо, а губы оставили нежный поцелуй на моих губах. – Я люблю тебя, Даника, тебя и Кирю, но тебе нужно подумать… хорошо подумать и решить, сможешь ли ты двигаться со мной, или всю жизнь будешь видеть во мне своего жениха.
По моим щекам текут слезы, но я не могу ничего сказать или даже просто поднять руку и прикоснуться к Саше. Такое ощущение, что я парализована, что сильно раздражает и убивает. Дерьмо!