Да, еще обустроили вместо одной из верхних палуб и небольшого сегмента грузового трюма летную палубу для малых кораблей. В нее вмонтировали от корпуса малого гражданского носителя створку ангара, что сдвигалась вбок, образуя практически провал, закрытый односторонним силовым щитом, под которым разместилась лифто-катапультая установка. Решение крайне непрактичное, но тоже по цене лома. Зато интендант, увидев, что мы еще и ее вырезаем, воспрял духом и предложил нам бонусом к ней шесть малых кораблей третьего поколения, то есть давно и безвозвратно списанных, так как с их модернизацией ни одна из уважающих себя госструктур связываться не будет, за совершенно «смешные» деньги. Я кривился, но оплатил. Ценник реально был низкий, а малый транспорт как ни крути, но нужен. А тут аж в составе четырех легких, ну или малых, кому как нравится, истребителей и двух чуть больших, но той же серии и переоборудованных в торпедоносцы. Которые торпедоносцы их сразу же от оборудования почти всего освободили, сделав их некими мини-транспортами. Все эти малые корабли, разумеется, гиперприводом ввиду своей малоразмерности не оснащались, а соответственно и годились только для работ в непосредственной близости от корабля-носителя, теперь от «Матадора». Малые транспортники стали этакими разъездными катерами, шаттлами-извозчиками. Кстати, очень удобно с поверхности и до орбиты на них мотаться или в другое полушарие на очередной склад. Это совсем не атмосферный глайдер, на котором перелеты по пять-семь часов занимают, тут всё намного брутальней — сорок минут, и ты в другом полушарии. Правда, удобствами эти импровизированные челноки не оборудованы никакими, и выглядят, если честно, довольно убого, но нам, прибывшим из фронтира деревенщинам, не привыкать!
Таким образом, на данный момент «Матадор» представлял из себя довольно-таки интересный образец инженерной мысли в плане развития малого транспортного межсистемника. Общая длина составила, если переводить в привычные единицы, порядка шестисот метров, ширина — сто двадцать по всей его длине, причем не расширяясь за счет выноса двигателей к корме. Высота же варьировалась от ста и до ста двадцати метров, в зависимости от наличия пока пустовавших бронированных блистеров под тяжелые орудия. При этом межсистемник оборудован четырьмя штатными реакторами седьмого поколения и четырьмя же маршевыми двигателями шестого поколения. Гиперпривод для такой массы был стандартный, обеспечивающий без применения бустеров прыжок до трех стандартных переходов. С бустерами же… Ну, тут от бустеров всё зависит напрямую, от их количества, в частности. Довольно-таки слабый для такой махины силовой щит, который не поменять в принципе, так как суммы на щит класса линкор начинались от полумиллиарда кредитов и имели свойство непропорционально — да какой там, практически в геометрической прогрессии! — расти с ростом поколения. Ну и обустроенная нами летная палуба с четырьмя истребителями и двумя шаттлами. То есть, когда мы наконец поменяем силовой щит, а вместе с ним и накопитель, установим тяжелые орудия, то на выходе получим наконец корабль, с которым очень многие преступные и не очень элементы фронтира просто так связываться поостерегутся. Но это неясная перспектива. А пока — имеем то, что имеем, средний межсистемник, хреново вооруженный и защищенный и с не так чтобы и большим трюмом. И я почти вот ни разу не огорчен, даже несмотря на то, что мой старенький «Скиф» стоит тут же огарочком, и ни кредитов на его восстановление нет, ни времени. А уже кто-кто, а он заслужил.