Ударный транспорт тем временем уверенно шел на боевую стыковку, стойко сдерживая полями все отвешиваемые ему залпы станции и «Матадора». Однако, если «Пион» не мог сосредоточить на нем всю нагрузку своих орудий, все-таки у него еще с внешней стороны идет противостояние с двумя сцепившимися сейчас в горло друг другу эскадрами, то вот мы лупили по нему со всей мощи, подаваемой через жесткую сцепку энергомоста. Да, такая схема какие-либо маневры исключала, да, лупить полным залпом даже при такой подпитке не получалось, но ведь наши реакторы в это время тоже работали на полную катушку, а тратиться на движки им сейчас совсем не надо было. Поэтому накопители медленно, но верно наполнялись и сейчас уже мы могли отработать двумя башнями полной мощностью всех их четырех орудий. Осталось дождаться подходящего момента, чтобы вся эта накопленная мощь не пропала без толку, расплескавшись о вражеский силовой щит на пике его энерговооруженности.
— Мы готовы, — пришло сообщение от Анны, закрывшейся наконец в своей капсуле, а то до этого как-то никак полностью в нее и не погружалась, и контролирующей сейчас работу всех орудийных систем корабля. Я в принципе всю эту телеметрию тоже видел, но сейчас был больше занят переговорами: щит ударного транспорта уже достаточно просел под постоянным обстрелом всех малых и средних орудий, в сектор стрельбы которых попадал, и, отработав полным залпом двух башен по двигателям, мы вполне можем попробовать его обездвижить. И это, конечно, прекрасно и градус напряженности ситуации опять же радикально снижает, но вот станет ли этот десантный транспорт после этого нам не опасен? На самом деле, думаю, проблем от него особых быть не должно: ну дрейфует себе и дрейфует, подумаешь, бывает. Даже если попробует выкинуть десант на челноках, мы их посбиваем без особых проблем и напряжений. Но в этом транспорте я увидел то, чего мне, Тоготу, нашей команде и «Матадору» в целом не хватает, — мощный силовой щит так называемой старшей расы. Какого он поколения? Да вообще не принципиально, главное, что по оценке искина он нам вполне подходит, а значит, надо в лепешку расшибиться, но брать, где потом еще себе такой найду⁉
Хорошо звучит, только как взять на абордаж транспорт, набитый вражеским десантом, при этом не сильно его повредив? Логика правильно подсказывает, что своим десантом, который, кстати, у нас есть и в принципе готов пострадать за Империю, потому как награды за захваченный современный корабль сполотов будут очень внушительны для простых служак. Оттого я сейчас ожесточенно торговался с командующим оккупационным корпусом за этот самый генератор силового поля, который тот тоже хочет оставить в трофеях Империи Аратан. Блефовал, утверждал, что мне проще уничтожить этот транспортник к чертям собачьим, чем его захватывать, тратя на это своих десантных дроидов и вообще жизнью экипажа рисковать. Думаю, мой визави изначально был на такой размен согласен и безошибочно просчитав мою реакцию, прекрасно же знал, что с силовыми щитами у нас напряженка и я однозначно захочу воспользоваться ситуацией, сейчас как бы и нехотя, через силу соглашался… Я ему так-то вообще благодарен, потому как хоть в этот раз, но инициатива исходит от командующего, то есть Имперской стороны. Это, знаете ли, приятное такое разнообразие. А то всё я да я, как будто бы только мне бесконтрольное обогащение покоя не дает… Всё это время десантные партии планомерно грузились в трюм Матадора. Ну а вся эта перепалка останется в логах искинов станции и штаба, а значит, для контрразведки командующий в случае чего будет белым и пушистым. А вот злобным Никол, как обычно, расхитителем государственного имущества, но в этот раз как бы и не по своей воле. Всё знаю, всё понимаю, но такова уж наша жизнь, что приходится выкручиваться и творить сомнительные политесы буквально на ровном месте. Однако время не ждет! Командующий спешно и жутко формально принял мое коварное предложение, исключительно во благо Империи, и я наконец дал отмашку на открытие огня. Да опустеют наши накопители, во имя Императора!
Космос, точнее пространство за бортом, только считается пустым, на самом деле в нем куча всего болтается, от микроскопической пыли и рассеянных газов до техногенного мусора. Поэтому поток высококогерентного излучения, точнее целая серия следовавших один за другим залпов главного калибра почти всегда видна яркими росчерками на фоне прозрачной черноты. Щит ударного транспорта с трудом, но держался, пока одна из сумевших наконец развернуться установок главного калибра станции, а это монструозные, но жутко неэкономные орудия чуть ли не столетней давности, не сорвала его длинным потоком заряженных частиц, прошедшим вдоль корпуса практически по касательной. А ведь нивэец почти уже проскочил в мертвую зону этих монстров, где с ним пришлось бы разбираться практически исключительно мне. Прицел орудий «Матадора» тут же сместился на двигательные секции, и первая и третья башни выбросили протяжные пульсирующие лучи, скрещивающиеся в одной конечной точке, до полного опустошения всех накопителей. Расплавленную лаву металла выбросило в пространство замысловатым протуберанцем внутреннего взрыва. Корабль сполотов закрутило в сторону, а силовое поле уже так и не восстановилось.