Вдруг его ослепил луч солнца, отразившийся, скорее всего, от водной глади!
«Что там у нас справа, Голант?» — взволнованно спросил Ф'лессан. «Очень много воды», — ответил дракон.
В который уже раз молодой всадник подумал: смог бы он видеть дальше и четче, будь у него фасеточные глаза дракона?
«Я увижу для тебя все, что захочешь», — кротко проговорил бронзовый.
Ф'лессан ласково потрепал друга по шее и произнес вслух:
— Знаю, старина. И всегда ценю твою помощь Просто мне подумалось: как именно ты все это видишь?
Голант забил крыльями, набирая высоту.
«Теплый поток», — пояснил он, и Ф'лессан прильнул к шее бронзового, чтобы не мешать подъему. 0н почувствовал, как изменился ветер, и испустил ликующий клич: Голант распростер могучие крылья и планировал, несомый потоком теплого воздуха.
«Вот еще одна способность, которой я не обладаю — угадывать, где проходят воздушные течения. Как ты это узнаешь?»
«Мои глаза улавливают изменение воздуха, я нюхом чую разницу, а шкурой — перепад давления».
«Правда? — объяснение весьма впечатлило Ф'лессана. — Никак ты наслушался Айвасовых лекций по аэродинамике?»
Голант на секунду задумался.
«Да. Ведь ты слушаешь его, ну, и я решил попробовать. Рут тоже слушает и, конечно, Пат. А Рамота с Мнементом — никогда. Они предпочитают дремать на солнышке, пока Лесса с Ф'ларом занимаются делами. Вот Бигат слушает, и Сулат с Биртом тоже. Кларинат — иногда, а Пранильт — обязательно… ну а Лиот — когда его всадник внизу. Иногда слушать бывает очень интересно, а иногда нет».
Для Голанта это была необычно длинная речь, к тому же она дала Ф'лессану столько пищи для размышлений, что он обдумывал услышанное до тех самых пор, пока впереди не показались берега огромного внутреннего моря.
«Как там воздушные течения, Голант? Полетим напрямик или вокруг?» «Напрямик!» — прозвучал уверенный ответ.
«Учти, Голант, чтобы добраться до места, где селились древние, нужно держать курс на северо-запад. Не думаю, правда, что мы обнаружим там что-нибудь стоящее».
Мчась над бескрайним водным простором, они видели маленькие островки и странные скалистые образования, которые словно костлявые пальцы или сжатые кулаки высовывались из воды. На некоторых умудрились вырасти причудливые искривленные деревца, нашедшие в расселинах скал почву и опору для корней.
«Жаль Шарра их не видит — она обожает всякие редкости».
Наконец, показалось западное побережье — гряда неприступных скал. Должно быть, это внутреннее море образовалось в обширной естественной впадине, решил Ф'лессан, узнавая геологическую формацию, которую Айвас показывал им на вводных лекциях. А острова и скалистые выступы — это вершины затонувших гор. Вот было бы отличное место для Вейра, окажись в прибрежных скалах просторные пещеры! — подумал он. И воды вдоволь — драконы могли бы плавать с утра до вечера.
Однако его ждало разочарование: подлетев поближе, Ф'лессан убедился, что береговые утесы сложены из твердого гранита.
«Ни в Южном Вейре, ни в Восточном у драконов тоже нет пещерных вейров, и они не жалуются», — попытался одобрить его Голант.
«Так-то оно так, только мне велено разыскать подходящий старый кратер или даже парочку».
«Погреться на солнышке можно на поляне, и в здешних лесах много деревьев с душистыми плодами».
Ф'лессан похлопал дракона по шее, благодаря за попытку смягчить разочарование. «Это не единственное место, куда нам нужно заглянуть. У подножия Южного барьерного хребта когда-то был холд поселенцев под названием Хонсю. Но раз уж мы забрались сюда, давай поищем холд Занаду».
Зоркие глаза Голанта высмотрели следы искусственных образований на небольшой возвышенности, недалеко от того места, где широкая река, соединяющая внутреннее море с океаном, пробила глубокое ущелье. Вначале Ф'лессан не был уверен, что перед ним развалины зданий, потом заметил на поверхности скалы широкие ступени. Голант четко приземлился рядом с местом, которое показалось ему остатками человеческого поселения.
«Здесь поработали люди!» — заметил дракон, приближаясь к густому пологу, сплетенному из лиан и мха. Расправив крыло, он зацепил когтями за толстый побег и отдернул зеленую завесу. Перед ними высилась высокая труба из тесаного камня. Значит, остальные развалины — остатки стен.