— Я… то есть мы… мы и не знали, что у тебя есть защита, — проговорил Робинтон, еще не вполне оправившийся от изумления.
— Это необходимое качество любой сложной и дорогостоящей системы, мастер Робинтон, хотя пользоваться им приходится крайне редко. Данные системы хранят ценную промышленную и политическую информацию, которая может прельстить преступников. Поэтому несанкционированный доступ и/или разрушительные действия должны получать активный отпор — это всегда было одной из побочных функций системы Айвас.
— Что ж, теперь, зная об этом, я чувствую себя намного спокойнее.
Но почему ты не сообщил нам об этом раньше?
— Этот вопрос не вставал.
— Но ты же знал, что уже была попытка уничтожить твой источник питания, — напомнил Джексом.
— Тот акт грубого вандализма ничем не угрожал самой системе. Вы быстро приняли все необходимые меры, чтобы такие выходки не повторились.
— Но почему ты не сделал тогда то же самое, что и сегодня? — спросил Джексом.
— Такие меры более действенны при попытке прямого нападения.
— И что же конкретно ты с ними сотворил? — Джексом указал на безжизненные тела.
— Звуковой барьер, — ухмыляясь, пояснил Пьемур. — Чистый звонкий пронизывающий звук. Неприятное, должно быть, ощущение, — он указал на одного из нападавших, на лице которого застыла страшная судорога, говорящая о том, что беспамятство избавило его от мучительной боли. Пьемур презрительно пнул тело носком сапога. — И где только Норист таких отыскал?
— Норист? — воскликнул Робинтон.
Пьемур пожал плечами.
— Наверняка он. Норист больше всех разорялся насчет того, что нужно покончить с «Мерзостью». Да вот, взгляните… — он нагнулся, чтобы приподнять безвольно обмякшую руку одного из лежащих. — Очень похоже на мозоли от стеклодувной трубки, к тому же на руках у него застарелые шрамы от ожогов. Правда, только у него одного. Пусть только очнутся, мы зададим им кое-какие вопросы. И сумеем получить ответы! — жестко закончил он.
— Кому известно о том, что произошло? — спросил Главный арфист.
— Всем, кто сейчас здесь, на Площадке. — Пьемур пожал плечами и плутовато усмехнулся. — Только их не так много, — все, кто смог уместиться на драконах, подались в Телгар. Кстати, как там дела?
— Впечатляющая церемония, — довольно рассеянно ответил Робинтон, подойдя к остальным нападавшим, чтобы получше их рассмотреть. — Драконы проводили Саллах на свой лад.
— Рут меня даже не предупредил, — с натянутой улыбкой пожаловался Джексом.
«Так было задумано. Драконы заранее сговорились, а файры подражали им, но это тоже оказалось к месту», — сказал Рут Джексому, а тот передал остальным.
Никто из лежавших без сознания людей не был знаком Робинтону. «Неужели действительно Норист задумал и организовал это нападение?» — мрачно размышлял он.
— С Лайтолом все в порядке? — тихо спросил Главный арфист, выглядывая в коридор.
— У него на лбу здоровенная шишка, — ответила Джейнсис, — и лекарь говорит, что он сломал ребро, ударившись о край стола. Но гораздо больше, чем голова, пострадала его гордость. Слышали бы вы, как он жаловался, что Кер и Мискин слишком замешкались и от них не было никакого толка в драке.
— Против восьмерых, вооруженных топорами и железными прутьями? — воскликнул Робинтон, ужасаясь, чем все могло кончится для его друга — и, тем более, для Айваса. Он почувствовал, что колени у него подгибаются.
Пьемур подхватил учителя и рявкнул на Джексома, чтобы тот поддержал Робинтона с другой стороны. Джейнсис он велел бежать за лекарем и прихватить на обратном пути вина. Вдвоем с Джексомом они вывели Робинтона в соседнюю комнату и усадили в кресло. Он пытался протестовать и даже отталкивал их руки, но сам слышал, что голос его дрожит от слабости.
— Пора поставить в известность Лессу и Ф'лара, — сказал Джексом. Меня нисколько не интересует, какой предлог они придумают для Ларада. Рут!
Робинтон поднял руку, пытаясь его остановить, но, выражение лица Джексома подсказало ему, что тот уже послал Руту мысленный приказ, который дракон передал по назначению. Вернулась Джейнсис с большой кружкой вина, и Робинтон с благодарностью стал его потягивать; лекарь тем временем хлопотал вокруг. — С Главным арфистом все в порядке, — заявил Айвас. — Его жизненно важные показатели снова на приемлемом уровне. Не стоит так расстраиваться, мастер Робинтон, — ведь ни людям, ни данной системе не причинен сколько-нибудь серьезный ущерб.