— Буэнос диас, братья, — ярко улыбнулся Альваро, приковывая взгляд своих старших братьев к себе.
— Все уже здесь, где Мигель? — поинтересовался Сантьяго, проходя в центр таверны, но в эту же секунду в таверну Дельгадо вбежал молодой человек с чёрной гитарой в руке. Мигель распустил хвост, в который были собраны чёрные пряди его волос, и провёл длинными пальцами по мокрой шевелюре. Затем молодой человек смахнул капли дождя со смуглых и румяных щёк. Видимо проливной дождь помешал любимому занятию Мигеля.
— Дождь льёт как из кувшина, хоть ходи воду собирай, — проговорил Мигель.
— Отлично, раз уж все здесь, тогда можно приступать к работе, — сказал Сантьяго и оглядел каждого из братьев, — этот простой плохо скажется на нашем бизнесе. Тогда Альваро и Мигель вам нужно забрать и привезти ящики с вином у сеньора. Он ждёт вас в северной части торговой площади через две дороги по западному направлению.
— Зачем покупать алкоголь у сеньора так далеко, нет нигде ближе? — взревел Альваро, умоляющим взглядом уставившись на Сантьяго, который доставал сложенный лист бумаги из кармана своих потёртых на коленях штанов оливкового цвета.
— У сеньора вино самое дешёвое в Мехико, и да, нужно также забрать бочку пива у сеньора, у которого мы раньше заказывали вино. Лучше вам записать, — Сантьяго подошёл к барной стойке, там стояла запасная баночка с чернилами цвета сажи.
— Но это же в противоположенной части от первого сеньора, — безнадёжно проговорил Мигель.
— И да, не покупайте у второго сеньора ничего больше, он обязательно предложит вам текилу, — строго проговорил Алехандро, пока Сантьяго аккуратно писал на бумаге, — она у него палённая, и у сеньора больше нет лицензии на производство крепкого алкоголя, поэтому только пиво.
— Хорошо, Алехандро, — Альваро и Мигель приняли бумагу у старшего брата с точным списком продуктов и поспешили на выход.
— Лучше позаимствуйте телегу у сеньора Сантана, так будет проще вести, и аккуратнее на дороге, там такой дождь, — продолжал причитать Алехандро, пока братья-погодки не скрылись за дверью таверны.
Алехандро сегодня направился с двумя стульями в ремонт, спинки которых нужно заменить на новые, так как старые уже сломались, и своей древесиной цепляли одежду посетителей. Сантьяго сначала не хотел отправлять брата в такой дождь, но тот всё же настоял на своём под предлогом того, что в следующий раз он обязательно про них забудет, поэтому они так и продолжат стоять в самом дальнем уголке таверны.
Работа Панчо была самой непыльной, продолжать дожидаться посетителей и работать как обычно, хотя мало кто захочет выйти на улицы Мехико под проливной дождь. Сантьяго же будет на кухне, в перерывах подсчитывая и расписывая сколько из дохода и на что пойдёт.
Панчо уже в который раз прошёлся уже сухой тряпкой по бару, когда дверь таверны открылась. На пороге стояла низкая женщина, которая укрывалась тёмно-бардовым пончо. Когда женщина убрала пончо со своих плеч, за её спиной показалась хрупкая и очень тощая фигура молодого мучачо лет десяти. Женщина аккуратными и почти невесомыми движениями встряхнула капли дождя с пышной и кудрявой копны волос мальчика. Мучачо лишь слегка поморщился и ещё раз тряхнул головой из стороны в сторону. Панчо, завидев посетителей, чуть ли не летящей походкой оказался рядом с женщиной и, по видимому, её сыном.
— Буэнос тардес, сеньора, — Панчо широко улыбнулся, смешно закидывая голову, — вы можете сесть здесь, — и молодой человек указал на ближайший стол среди множества пустых столов.
Мучачо посмотрел на Дельгадо взглядом исподлобья и движением руки попросил женщину наклониться к своему уху.
— Мы пожалуй сядем к окну, — мягко проговорила сеньора, поглаживая мокрые волосы своего сына, — можно же?
— Си. Присаживайтесь куда хотите, — и Панчо провёл рукой по всей таверне.
— Куда ты хочешь сесть, дорогой Ренато? — мать посмотрела на своего сына, тот неуверенно провёл взглядом своих золотистых глаз таверну и двинулся к столу, который располагался прямо напротив одного из окон.
Мучачо слегка наклонил голову на бок и подошёл к деревянному стулу.
— Давай я тебе помогу, Ренато, — женщина последовала за сыном.
Когда мальчик сел на стул, тот сразу же уставился на закрытые ставни окна. Мальчик лишь открыл свои тонкие губы, издал подобие звука и указал пальцем на окно.
— А можно открыть ставни? — поинтересовалась женщина, посмотрев на Панчо.
— Си, конечно, сеньора, — Дельгадо подошёл к деревянным ставням, — как широко их открыть?
— А можно открыть их полностью? — Панчо исполнил просьбу женщины, после чего мучачо тихо восхитился и дважды хлопнул в ладоши. Он трижды моргнул и улыбнулся, у мальчика отсутствовал правый боковой резец, но он всё равно широко улыбался, внимательно следуя глазами за повозками с лошадьми на улице.
— Что вы желаете? — после небольшой паузы, во время которой он наблюдал за поведением мальчика, поинтересовался Панчо.
— Ренато, ми вида, что ты хочешь кушать? — женщина подправила подол своего платья и посмотрела на сына, но мальчик лишь что-то промычал и продолжил наблюдать за окном.
Женщина вздохнула и повернулась на ожидающего Панчо:
— Вы готовите рис с мясом? — поинтересовалась женщина.
— Си, сеньора.
— А какие овощи добавляете?
— Ну в основном немного кукурузы, фасоль, дольки сладкого или острого перца.
— А можно без кукурузы, но побольше сладкого перца, — женщина, задумавшись, коснулась своих морщинок, а затем добавила, — и без фасоли желательно, но с перцем.
— Я могу предложить вам энчиладу со свининой и сладким перцем, — проговорил Панчо, — энчилада легка в приготовлении, поэтому вы сможете покушать уже скоро.
— Ох, мучос грасьяс, молодой человек, — женщина скрыла свои глаза за щеками, которые появились от широкой улыбки, — тогда нам, пожалуйста, две порции энчилады.
Панчо пообещал поторопиться и скрылся на кухне, где Сантьяго пропал в бумагах и подсчёте.
Через некоторое время младший Дельгадо появился на кухне с двумя большими тарелками на которых лежало блюдо из тонких пшеничных лепёшек с мясной и сырной начинкой под овощным соусом с дольками сладкого болгарского перца.
Панчо со стороны бара наблюдал за этой небольшой семьёй. Мучачо за всё время не произнёс и слова, лишь постоянно кивал и уплетал энчиладу за обе щёки, возможно иногда забывая пережёвывать. Панчо на это лишь улыбался, смотря, как женщина аккуратно вытирала овощной соус с щёк своего сына небольшим бежевым платочком.
— Что-то ещё будете? — поинтересовался у женщины Панчо, когда отнёс тарелки под энчиладу на кухню и вновь вернулся.
— Но, мучос грасьяс, было ну уж очень вкусно, — женщина широко улыбнулась, а после посмотрела на своего сына, — Ренато, дорогой, поблагодари этого доброго мучачо.
— Гра-си-ас, — с большим трудом проговорил мальчик, а затем его уголки губ чуть поднялись, а верхняя губа спрятала нижнюю, закусив ту маленькими зубками.
Женщина надела на свои плечи бордовое пончо и, взяв за руку Ренато, собиралась покинуть таверну, продолжая путь под проливным дождём, но она резко остановилась и посмотрела на спину Панчо.
— Молодой человек.
Дельгадо обернулся на голос женщины.
— Си, сеньора?
— Вы не знаете как пройти к банку, мы с Ренато так долго ходили, но видимо потерялись. Ах, Мехико действительно большой, как говорят, — сеньора растерянно посмотрела на Панчо, но тот лишь улыбнулся.
— Вы не из Мехико? — поинтересовался Дельгадо, подойдя чуть ближе.
— Си. Мы из деревушки, что находится восточнее от Мехико. Тут недалеко, чуть более ста корделей за чертой города, — проговорила женщина и подправила длинную косу из чёрных волос, которые были частично седыми.
— И зачем же вы приехали в Мехико? — спросил Панчо, ставя железный поднос на стол, а сам присаживаясь на деревянный стул. Женщина тоже устало присела на стул, но Ренато недовольно заканючил и хотел было что-то сказать, но он просто дёргал женщину за мокрое бордовое пончо.
— Подожди немного, Ренато, ми вида, — женщина погладила мучачо по его кудрявым волосам, но того это не устроило.