Что выглядело верхом неудобства минуту назад, теперь стало благословенным укрытием, и я принялся протискиваться в самую гущу подлеска. Почти сразу же я запутался в растительности и напоролся на шипы. Попытавшись отползти от растения, которое так злобно на меня напало, я наткнулся на пальму с острыми, как пила, листьями. К тому времени, когда я сумел освободиться, у меня было несколько глубоких кровоточащих порезов на руках и разорванная рубашка. Но жалобы еще никому не помогали и, по всей видимости, ни у кого поблизости не имелось лейкопластыря, так что я пополз дальше.
Дюйм за дюймом я продвигался через подлесок, оставляя все новые и новые маленькие, но оттого не менее ценные кусочки Декстера на ветвях плотоядных кустов, пока наконец не добрался до дальнего края рощи, где спрятался за веером из листьев маленькой пальмы и только тогда взглянул на канал. Вода в нем забурлила, будто взбаламученная чьей-то гигантской рукой, а затем успокоилась и снова медленно и уверенно потекла, словно настоящая река, а не пруд в виде кольца.
Тем временем гордость «Пиратского берега», ужас семи морей, проклятый корабль «Возмездие» остановился у старого гниющего причала, который вдавался в канал чуть правее меня. Вода опять забурлила и снова потекла спокойно. «Возмездие» слегка качнулся, но остался на своем месте. И несмотря на отсутствие его грозной команды, на борту все же был как минимум один пассажир.
Саманта Альдовар, крепко привязанная к грот-мачте.
Глава 38
Саманта не напоминала тех пассажиров, которых я встречал на борту «Возмездия» в дни моей юности. У нее не было при себе ни сахарной ваты, ни пиратской шляпы. Она тяжело повисла на веревках, которыми оказалась привязана к мачте, и, судя по ее виду, находилась без сознания или даже мертва. Из моего убежища на маленьком утесе мне открывался неплохой вид на палубу. Рядом с Самантой стояла большая решетка для барбекю, накрытая крышкой, из-под которой поднималась струйка дыма. Рядом я разглядел большой пятигаллонный котел на подставке и маленький столик, на котором знакомо поблескивали под светом лампы некие предметы, которые я не мог разглядеть в подробностях.
Все замерло, за исключением половины Веселого Роджера на мачте. На палубе не было никого, кроме Саманты. Но кто-то еще находился на борту. Несмотря на наличие большого штурвала на носу корабля, я знал: судно управляется из рубки. Внизу размещалась еще и кают-компания, где когда-то продавали напитки. Кто-то должен быть здесь, тот, кто управляет кораблем. Но сколько их? Один Бобби Акоста? Или достаточное количество его приятелей людоедов, чтобы усложнить ситуацию для хороших парней, в том числе и для меня?
Флаг хлопал на ветру. В небе пролетел самолет, идущий на посадку в аэропорту Форт-Лодердейл. Судно слегка покачивалось на волнах. И внезапно Саманта наклонила голову на другую сторону, пушки выдохнули еще один анемичный залп, и дверь каюты резко распахнулась. На палубу поднялся Бобби Акоста с пиратским платком на голове и совершенно непиратским пистолетом системы «Глок» в поднятой руке.
Он закричал и выстрелил два раза в воздух. Небольшая, веселого вида компания высыпала на палубу вслед за ним. Они были примерно его возраста, парни и девушки, одетые в пиратские наряды. Они направились к котлу, стоявшему возле Саманты, и принялись наполнять кружки из него.
Глядя, как беззаботно они развлекаются, я снова начал обретать надежду, что все не так плохо. Да, их было пятеро, а нас трое, но они явно уступали нам в весовых категориях, и они накачивались тем, что, я уверен, было наркотическим пуншем, который так им нравился. Через несколько минут все они окажутся под кайфом, одуревшими и не будут представлять никакой опасности. Где бы ни была остальная часть компании, с этими справиться будет легко. Мы втроем выйдем из укрытия и возьмем их. Тогда Дебора получит то, зачем пришла, и мы сможем улизнуть и позвать на помощь, а Декстер вернется домой строить подобие нормальной жизни..
Только я это подумал, как дверь каюты распахнулась и на палубу выскользнула Алана Акоста.
За ней следовали длинноволосый вышибала из клуба и трое гнусного вида мужчин, вооруженных дробовиками.
Краски мира вновь померкли, и все вокруг стало выглядеть опасным.
Темный Пассажир предупреждал меня, когда мы стояли у ее «феррари», — Алана хищник. Теперь, увидев ее, я понял: она здесь главная, — и мой брат оказался прав: главой шабаша являлась женщина. И этой женщиной была Алана Акоста. Она не просто приготовила для нас ловушку, она пригласила нас на обед. И если мне не придет в голову никакой гениальной мысли, я стану одним из блюд.