В узком пространстве между домами было темно, но даже полумрак не заставил Пассажира пойти на контакт, и к мусорному баку я подошел в полном одиночестве. Я быстро пробрался к задней двери и тщательно ее обследовал. На ней я обнаружил два засова, что оказалось неприятным сюрпризом. Я бы открыл их, если бы у меня имелось достаточно времени и мой набор специальных инструментов. Но у меня не было ни того ни другого, а монтировка не могла мне помочь в этом деле. О двери следовало забыть, и это вынуждало меня войти другим, менее цивилизованным способом.
Взглянув вверх, я увидел над дверью ряд окон, на расстоянии пяти или шести футов друг от друга. До второго справа от меня оказалось легко дотянуться, если встать на мусорный бак, и достаточно ловкий человек смог бы забраться в него без особых проблем. Декстер хорошо двигается, и, если мне удастся открыть окно, это будет просто.
У мусорного бака имелось две крышки, расположенных рядом, и одна из них оставалась открытой. Я положил руку на закрытую… Внезапно нечто вырвалось изнутри и с жуткими завываниями пролетело мимо моего уха. Я застыл в ужасе и далеко не сразу понял, что это была кошка, грязная и определенно побывавшая во многих боях, но она сумела приземлиться в нескольких футах от меня на все четыре лапы, выгнула спину и зашипела, как и положено хорошей хеллоуинской кошке. Я огляделся, и мне на какую-то секунду показалось, будто в клубе опять зазвучала музыка, но я быстро осознал, что это всего лишь мое бешено бьющееся сердце. Кошка повернулась и ушла по переулку. Я облокотился на бак, чтобы отдышаться, и услышал, как Пассажир снизошел до злорадного смешка.
Несколько секунд мне пришлось потратить на то, чтобы прийти в себя, а затем я должен был убедиться, что случившееся не повторится, поэтому заглянул в мусорный бак. Судя по всему, там оставался только мусор — добрый знак. Я влез на закрытую крышку и взглянул в направлении выхода из переулка; убедившись, что на меня никто не смотрит, дотянулся до окна и толкнул его. Рама шевельнулась. Хорошие новости: по крайней мере теперь я знаю, что она не заколочена намертво и не запечатана слоем застывшей краски.
Я не видел верх окна, но, судя по всему, сигнализации не было. Еще одна хорошая новость, но ничего удивительного. Многие пытаются сэкономить немного денег, убедив самих себя, будто влезть в их дом можно только через первый этаж. Стало приятным узнать, что и вампиры бывают прижимистыми.
Я потянулся за монтировкой и чуть не выронил, едва достав из кармана. Не удержи я ее, она упала бы на крышку мусорного бака с грохотом, который перебудил бы всю округу. Я обнаружил, что мои руки стали скользкими от пота. Это нечто новенькое. Раньше я всегда, что бы ни случалось, сохранял ледяное спокойствие, но сейчас, оказавшись между обиженным Пассажиром и шипящей кошкой, изрядно перенервничал. В том, что я вспотел, не было ничего странного — в конце концов, это Майами, но чтобы Декстер Бесстрашный взмок от страха? Это очень плохой знак, и я вынужденно взял небольшую паузу, чтобы отдышаться, прежде чем просуну монтировку между рамой окна и подоконником.
Используя монтировку как рычаг, потянул за рукоятку вниз. Сначала осторожно, но поскольку окно не двигалось, я тянул все сильнее и сильнее. Я остерегался дергать слишком сильно, опасаясь, что рама не выдержит и стекло разобьется с таким шумом, будто я уронил дюжину монтировок на крышку мусорного бака. Секунд десять я давил на ручку, и уже решил попробовать что-нибудь еще, как окно со щелчком съехало наверх. Я застыл, ожидая, не раздастся ли вой сигнализации, крики или другой шум, свидетельствующий о том, что в доме кто-то есть. Ничего; я подтянулся, проскользнул в окно и закрыл его за собой.
Забравшись внутрь, я очутился в коридоре, который заканчивался слева от меня и вел направо, заворачивая за угол. Здесь была только одна дверь с засовом, но без ручки; я осторожно подошел к ней, легонько толкнул, и она поддалась. За ней оказалось совершенно темно, но по запаху чистящего средства и мочи я предположил, что это туалет. Я шагнул внутрь, нащупал на стене выключатель и щелкнул им. Это действительно был небольшой туалет с раковиной, одним унитазом и шкафчиком, встроенным в стену. Исключительно для соблюдения методики я заглянул в шкафчик, где не нашел ничего компрометирующего, кроме туалетной бумаги. Больше здесь негде было спрятать человека — живого или мертвого. Я выключил свет и вернулся в коридор.
Прокравшись до угла, я остановился и медленно и осторожно огляделся. Коридор был пуст, его освещала единственная тусклая лампа. Дальше виднелись две двери и, кажется, лестница в дальнем конце.